АБСТРАКТНЫЙ ТРУД

Исаак Рубин

Уче­ние об абстракт­ном тру­де пред­став­ля­ет один из цен­траль­ных пунк­тов марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти. По Марк­су, абстракт­ный труд «обра­зу­ет» сто­и­мость. Раз­ли­чию меж­ду тру­дом кон­крет­ным и абстракт­ным Маркс при­да­вал реша­ю­щее зна­че­ние. «Эта двой­ствен­ная при­ро­да заклю­ча­ю­ще­го­ся в това­ре тру­да впер­вые кри­ти­че­ски ука­за­на мной. Так как этот пункт явля­ет­ся цен­траль­ным, так как от него зави­сит пра­виль­ное пони­ма­ние основ­ных вопро­сов поли­ти­че­ской эко­но­мии, то мы осве­тим его здесь более обсто­я­тель­но» (К., I, с. 6). После выхо­да в свет пер­во­го тома «Капи­та­ла» Маркс писал Энгель­су: «Самое луч­шее в моей кни­ге — это: 1) (на этом осно­ва­но вся­кое пони­ма­ние явле­ний) под­черк­ну­тый уже в пер­вой гла­ве двой­ствен­ный харак­тер тру­да, в зави­си­мо­сти от того, выра­жа­ет­ся ли он в потре­би­тель­ной или мено­вой сто­и­мо­сти; 2) иссле­до­ва­ние при­ба­воч­ной сто­и­мо­сти неза­ви­си­мо от ее осо­бен­ных форм, при­бы­ли, про­цен­та, земель­ной рен­ты и т. п.»[1].

При таком реша­ю­щем зна­че­нии, кото­рое Маркс при­да­ет сво­е­му уче­нию об абстракт­ном тру­де, при­хо­дит­ся удив­лять­ся, что ему уде­ля­лось так мало вни­ма­ния в марк­сист­ской лите­ра­ту­ре. Одни авто­ры совер­шен­но обхо­дят мол­ча­ни­ем этот вопрос. Так, А. Бог­да­нов пре­вра­ща­ет абстракт­ный труд в «абстракт­но-про­стой труд» и, остав­ляя в сто­роне про­бле­му кон­крет­но­го и абстракт­но­го тру­да, огра­ни­чи­ва­ет­ся вопро­сом о тру­де про­стом и ква­ли­фи­ци­ро­ван­ном[2]. Мно­гие кри­ти­ки марк­сиз­ма так­же пред­по­чи­та­ют под­став­лять вме­сто абстракт­но­го тру­да труд про­стой; так дела­ет, напри­мер, к. Диль[3]. В попу­ляр­ных изло­же­ни­ях марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти авто­ры пере­ска­зы­ва­ют сво­и­ми сло­ва­ми опре­де­ле­ния, дан­ные Марк­сом в раз­де­ле вто­ром пер­вой гла­вы «Капи­та­ла» о «дво­я­ком харак­те­ре заклю­ча­ю­ще­го­ся в това­рах тру­да». Каут­ский пишет: «С одной сто­ро­ны, труд есть про­из­во­ди­тель­ная тра­та чело­ве­че­ской рабо­чей силы вооб­ще, с дру­гой — опре­де­лен­ная чело­ве­че­ская дея­тель­ность для дости­же­ния извест­ной цели. Пер­вая сто­ро­на тру­да есть нечто общее для вся­кой про­из­во­ди­тель­ной дея­тель­но­сти чело­ве­ка; вто­рая раз­лич­на для раз­лич­ных дея­тель­но­стей»[4]. Это обще­при­ня­тое опре­де­ле­ние сво­дит­ся к сле­ду­ю­ще­му, очень про­сто­му поло­же­нию: кон­крет­ный труд есть затра­та чело­ве­че­ской энер­гии в опре­де­лен­ной фор­ме (порт­ня­же­ство, тка­че­ство и т. п.), абстракт­ный труд — это затра­та чело­ве­че­ской энер­гии как тако­вой, неза­ви­си­мо от ее дан­ной фор­мы. При таком опре­де­ле­нии, поня­тие абстракт­но­го тру­да есть поня­тие физио­ло­ги­че­ское, лишен­ное вся­ких эле­мен­тов, соци­аль­ных и исто­ри­че­ских. Оно при­су­ще всем исто­ри­че­ским эпо­хам, неза­ви­си­мо от той или иной обще­ствен­ной фор­мы про­из­вод­ства.

Если даже у марк­си­стов мы нахо­дим обыч­но опре­де­ле­ние абстракт­но­го тру­да в смыс­ле затра­ты физио­ло­ги­че­ской энер­гии, то не при­хо­дит­ся удив­лять­ся, что такое же пони­ма­ние явля­ет­ся обще­рас­про­стра­нен­ным в анти­марк­сист­ской лите­ра­ту­ре. Напри­мер, П. Стру­ве пишет: «От физио­кра­тов и их англий­ских про­дол­жа­те­лей Маркс усво­ил себе ту меха­ни­че­ски-нату­ра­ли­сти­че­скую точ­ку зре­ния, кото­рая столь ярко обна­ру­жи­ва­ет­ся в его уче­нии о тру­де, как суб­стан­ции сто­и­мо­сти. Это уче­ние — венец всех объ­ек­тив­ных уче­ний о сто­и­мо­сти: оно пря­мо мате­ри­а­ли­зу­ет послед­нюю, пре­вра­щая ее в эко­но­ми­че­скую суб­стан­цию хозяй­ствен­ных благ, подоб­ную физи­че­ской мате­рии, суб­стан­ции физи­че­ских вещей. Эта эко­но­ми­че­ская суб­стан­ция есть нечто мате­ри­аль­ное, так как обра­зу­ю­щий сто­и­мость труд Маркс пони­ма­ет в чисто физи­че­ском смыс­ле, как абстракт­ную затра­ту нерв­ной и мышеч­ной энер­гии, неза­ви­си­мо от кон­крет­но­го целе­со­об­раз­но­го содер­жа­ния этой затра­ты, отли­ча­ю­ще­го­ся бес­ко­неч­ным раз­но­об­ра­зи­ем. Абстракт­ный труд Марк­са есть физио­ло­ги­че­ское поня­тие, иде­аль­но, по край­ней мере, под­ле­жа­щее све­де­нию к меха­ни­че­ской рабо­те» (пре­ди­сло­вие Стру­ве к рус­ско­му пере­во­ду I тома «Капи­та­ла», изд. 1906 г., с. 28). По мне­нию Стру­ве, для Марк­са абстракт­ный труд есть поня­тие физио­ло­ги­че­ское; поэто­му сто­и­мость, созда­ва­е­мая абстракт­ным тру­дом, есть нечто «мате­ри­аль­ное». Тако­го же мне­ния при­дер­жи­ва­ют­ся и дру­гие кри­ти­ки Марк­са. Гер­лах, отме­тив, что, по Марк­су, «сто­и­мость, нечто общее всем това­рам, усло­вие их обме­ни­ва­е­мо­сти, пред­став­ля­ет ове­ществ­ле­ние абстракт­но-чело­ве­че­ско­го тру­да»[5], направ­ля­ет свои кри­ти­че­ские воз­ра­же­ния имен­но про­тив это­го пунк­та тео­рии сто­и­мо­сти Марк­са: «Физио­ло­ги­че­ски сво­дить чело­ве­че­ский труд к про­сто­му совер­шен­но невоз­мож­но… Ибо, так как чело­ве­че­ский труд сопро­вож­да­ет­ся все­гда созна­ни­ем и им обу­слов­ли­ва­ет­ся, то необ­хо­ди­мо отка­зать­ся от све­де­ния его к дви­же­нию муску­лов и нер­вов, пото­му что при этом все­гда оста­ет­ся какой-то оста­ток, не под­да­ю­щий­ся подоб­но­му ана­ли­зу» (там же, с. 49 — 50). «Преж­ние попыт­ки пока­зать в опы­те абстракт­но-чело­ве­че­ский труд, то общее в чело­ве­че­ском тру­де, что слу­жит его спе­ци­фи­че­ским отли­чи­ем, не уда­лись; све­де­ние тру­да к нерв­ной и мускуль­ной энер­гии невоз­мож­но» (там же, с. 50). Ука­за­ние Гер­ла­ха, что труд не может быть све­ден к одной толь­ко затра­те физио­ло­ги­че­ской энер­гии, ибо в нем име­ет­ся все­гда момент пси­хи­че­ский, — не име­ет, конеч­но, ника­ко­го отно­ше­ния к тому поня­тию «абстракт­но­го тру­да», кото­рое постро­е­но Марк­сом на осно­ве ана­ли­за осо­бен­но­стей товар­но­го хозяй­ства. А меж­ду тем эти аргу­мен­ты Гер­ла­ха кажут­ся столь убе­ди­тель­ны­ми, что обыч­но повто­ря­ют­ся кри­ти­ка­ми марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти[6]. В еще более яркой фор­ме мы встре­ча­ем нату­ра­ли­сти­че­ское пони­ма­ние абстракт­но­го тру­да у Л. Буха: труд, как абстракт­ный, рас­смат­ри­ва­ет­ся «как про­цесс пре­вра­ще­ния потен­ци­аль­ной энер­гии в меха­ни­че­скую рабо­ту»[7]. Здесь вни­ма­ние обра­ще­но не столь­ко на коли­че­ство затра­чи­ва­е­мой физио­ло­ги­че­ской энер­гии, сколь­ко на коли­че­ство полу­ча­е­мой меха­ни­че­ской рабо­ты. Но прин­ци­пи­аль­ная поста­нов­ка вопро­са та же, чисто нату­ра­ли­сти­че­ская, остав­ля­ю­щая в пол­ном пре­не­бре­же­нии обще­ствен­ную сто­ро­ну тру­до­во­го про­цес­са, т. е. имен­но ту, кото­рая состав­ля­ет непо­сред­ствен­ный объ­ект поли­ти­че­ской эко­но­мии.

Толь­ко у отдель­ных иссле­до­ва­те­лей мы встре­ча­ем пони­ма­ние того, что харак­те­ри­сти­ка тру­да, как абстракт­но­го, нико­им обра­зом не сов­па­да­ет с физио­ло­ги­че­ским равен­ством раз­лич­ных тру­до­вых затрат. «Все­общ­ность тру­да — это не есте­ствен­но-науч­ное поня­тие, заклю­ча­ю­щее в себе толь­ко общее физио­ло­ги­че­ское содер­жа­ние, но част­ные рабо­ты явля­ют­ся абстракт­но-все­об­щи­ми и тем самым обще­ствен­ны­ми, как выяв­ле­ние дея­тель­но­сти субъ­ек­тов пра­ва»[8]. Но общая кон­цеп­ция Пет­ри, для кото­ро­го Марк­со­ва тео­рия сто­и­мо­сти пред­став­ля­ет не Wertgesetz, а Wertbetrachtung, не объ­яс­не­ние «реаль­но­го про­цес­са в объ­ек­те», а «субъ­ек­тив­ное усло­вие позна­ния» (там же, с. 50), лиша­ет его вся­кой воз­мож­но­сти пра­виль­ной поста­нов­ки вопро­са об абстракт­ном тру­де[9].

Дру­гую попыт­ку вне­сти в поня­тие абстракт­но­го тру­да момент соци­аль­ный мы встре­ча­ем у А. Нежда­но­ва (Чере­ва­ни­на). По его мне­нию, поня­тие абстракт­но­го тру­да выра­жа­ет не физио­ло­ги­че­ское равен­ство тру­до­вых затрат, а обще­ствен­ный про­цесс при­рав­ни­ва­ния раз­лич­ных видов тру­да в про­из­вод­стве. Это «в выс­шей сте­пе­ни важ­ный и необ­хо­ди­мый обще­ствен­ный про­цесс, про­из­во­ди­мый вся­кой созна­тель­ной обще­ствен­но-эко­но­ми­че­ской орга­ни­за­ци­ей». «Тот обще­ствен­ный про­цесс, кото­рый харак­те­ри­зу­ет­ся све­де­ни­ем раз­лич­ных видов тру­да к абстракт­но­му тру­ду, про­из­во­дит­ся товар­ным обще­ством бес­со­зна­тель­но»[10]. При­ни­мая абстракт­ный труд за выра­же­ние про­цес­са при­рав­ни­ва­ния тру­да, про­ис­хо­дя­ще­го во вся­ком обще­стве, А. Нежда­нов упус­ка­ет из виду ту осо­бую фор­му, кото­рую при­рав­ни­ва­ние тру­да при­ни­ма­ет в товар­ном обще­стве, где оно про­ис­хо­дит не непо­сред­ствен­но в про­цес­се про­из­вод­ства, а через посред­ство обме­на. Поня­тие абстракт­но­го тру­да выра­жа­ет эту спе­ци­фи­че­скую исто­ри­че­скую фор­му при­рав­ни­ва­ния тру­да. Это поня­тие не толь­ко соци­аль­ное, но и исто­ри­че­ское.

Как видим, боль­шин­ство авто­ров пони­ма­ло абстракт­ный труд в выс­шей сте­пе­ни упро­щен­но — в смыс­ле тру­да физио­ло­ги­че­ско­го. При­чи­на это­го заклю­ча­ет­ся в том, что ука­зан­ные авто­ры не дали себе тру­да про­сле­дить уче­ние Марк­са об абстракт­ном тру­де во всем его объ­е­ме. Для это­го им при­шлось бы обра­тить­ся к тща­тель­но­му раз­бо­ру тек­ста Марк­са в раз­де­ле о товар­ном фети­шиз­ме и осо­бен­но в «Кри­ти­ке поли­ти­че­ской эко­но­мии», где это уче­ние раз­ви­то Марк­сом с наи­боль­шей пол­но­той. Вме­сто это­го ука­зан­ные авто­ры пред­по­чли огра­ни­чить­ся бук­валь­ным повто­ре­ни­ем несколь­ких фраз, кото­рые Маркс посвя­ща­ет абстракт­но­му тру­ду во вто­ром раз­де­ле пер­вой гла­вы I тома «Капи­та­ла».

Дей­стви­тель­но, в ука­зан­ном раз­де­ле «Капи­та­ла» Маркс, на пер­вый взгляд, как буд­то дает повод к пони­ма­нию абстракт­но­го тру­да имен­но в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле. «Если отвлечь­ся от опре­де­лен­но­го харак­те­ра про­из­во­ди­тель­ной дея­тель­но­сти и, сле­до­ва­тель­но, от полез­но­го харак­те­ра тру­да, то в нем оста­ет­ся лишь одно, — что он явля­ет­ся затра­той чело­ве­че­ской рабо­чей силы. Как порт­ня­же­ство, так и тка­че­ство, несмот­ря на каче­ствен­ное раз­ли­чие этих видов про­из­во­ди­тель­ной дея­тель­но­сти, пред­став­ля­ют про­из­во­ди­тель­ную затра­ту чело­ве­че­ско­го моз­га, муску­лов, нер­вов, рук и т, д. и в этом смыс­ле явля­ют­ся одним и тем же чело­ве­че­ским тру­дом» (К., I, с. 8). И, под­во­дя ито­ги, Маркс еще рез­че под­чер­ки­ва­ет ту же мысль: «Вся­кий труд есть, с одной сто­ро­ны, затра­та чело­ве­че­ской рабо­чей силы в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле сло­ва, — и в каче­стве тако­го оди­на­ко­во­го или абстракт­но-чело­ве­че­ско­го труд обра­зу­ет сто­и­мость това­ров. Вся­кий труд есть, с дру­гой сто­ро­ны, затра­та чело­ве­че­ской рабо­чей силы в осо­бой целе­со­об­раз­ной фор­ме, — и в каче­стве этой кон­крет­ной полез­ной рабо­ты труд созда­ет потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти» (К., I, р. 10). И сто­рон­ни­ки, и про­тив­ни­ки Марк­са, ссы­ла­ясь на цити­ро­ван­ные сло­ва, пони­ма­ют абстракт­ный труд в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле. Пер­вые повто­ря­ют это опре­де­ле­ние, кри­ти­че­ски не ана­ли­зи­руя его. Вто­рые выстав­ля­ют про­тив него целый ряд воз­ра­же­ний и ино­гда дела­ют из него исход­ный пункт опро­вер­же­ния тео­рии тру­до­вой сто­и­мо­сти. И те, и дру­гие не заме­ча­ют, что изло­жен­ное упро­щен­ное пони­ма­ние абстракт­но­го тру­да, на пер­вый взгляд опи­ра­ю­ще­е­ся на бук­валь­ный смысл слов Марк­са, ни в малей­шей мере не может быть согла­со­ва­но как с тео­ри­ей сто­и­мо­сти Марк­са в целом, так и с рядом отдель­ных мест «Капи­та­ла».

Маркс не уста­вал повто­рять, что сто­и­мость есть явле­ние обще­ствен­ное, что бытие сто­и­мо­сти (Werthgegenständlichkeit) име­ет «чисто обще­ствен­ный харак­тер» и не заклю­ча­ет в себе ни одно­го ато­ма мате­рии (К., I, с. 11). Отсю­да выте­ка­ет, что и абстракт­ный труд, обра­зу­ю­щий сто­и­мость, дол­жен быть пони­ма­ем как кате­го­рия соци­аль­ная, в кото­рой мы не най­дем ни одно­го ато­ма мате­рии. Одно из двух: если абстракт­ный труд пред­став­ля­ет затра­ту чело­ве­че­ской энер­гии в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле, то и сто­и­мость име­ет веще­ствен­но-мате­ри­аль­ный харак­тер. Или же сто­и­мость есть явле­ние обще­ствен­ное, — и тогда абстракт­ный труд тоже дол­жен быть пони­ма­ем как явле­ние соци­аль­ное, свя­зан­ное с опре­де­лен­ной обще­ствен­ной фор­мой про­из­вод­ства. Так­же невоз­мож­но при­ми­рить физио­ло­ги­че­ское пони­ма­ние абстракт­но­го тру­да с исто­ри­че­ским харак­те­ром обра­зу­е­мой им сто­и­мо­сти. Физио­ло­ги­че­ская затра­та энер­гии как тако­вая оди­на­ко­ва во все исто­ри­че­ские эпо­хи и, каза­лось бы, во все эпо­хи созда­ва­ла она сто­и­мость. Мы при­хо­дим к гру­бей­ше­му пони­ма­нию тео­рии сто­и­мо­сти, нахо­дя­ще­му­ся в рез­ком про­ти­во­ре­чии с уче­ни­ем Марк­са.

Выход из ука­зан­ных затруд­не­ний может быть толь­ко один: так как поня­тие сто­и­мо­сти носит у Марк­са харак­тер соци­аль­ный и исто­ри­че­ский, — и в этом имен­но все его свое­об­ра­зие и заслу­га, — то на той же осно­ве долж­ны мы стро­ить и поня­тие абстракт­но­го тру­да, как обра­зу­ю­ще­го сто­и­мость. Если мы не оста­но­вим­ся на пред­ва­ри­тель­ных опре­де­ле­ни­ях, дава­е­мых Марк­сом на пер­вых стра­ни­цах его тру­да, а дадим себе труд про­сле­дить даль­ней­шее раз­ви­тие его мыс­лей, мы най­дем у само­го Марк­са доста­точ­но эле­мен­тов для социо­ло­ги­че­ской тео­рии абстракт­но­го тру­да.

Что­бы пра­виль­но понять уче­ние Марк­са об абстракт­ном тру­де, мы ни на мину­ту не долж­ны упус­кать из виду, что Маркс ста­вит поня­тие абстракт­но­го тру­да в нераз­рыв­ную связь с поня­ти­ем сто­и­мо­сти. Абстракт­ный труд «обра­зу­ет» сто­и­мость, он состав­ля­ет «содер­жа­ние» или «суб­стан­цию» сто­и­мо­сти. Зада­ча Марк­са заклю­ча­ет­ся, как мы уже мно­го­крат­но отме­ча­ли, не толь­ко в том, что­бы ана­ли­ти­че­ски све­сти сто­и­мость к абстракт­но­му тру­ду, но и в том, что­бы из абстракт­но­го тру­да диа­лек­ти­че­ски выве­сти сто­и­мость. А это невоз­мож­но, если под абстракт­ным тру­дом пони­ма­ет­ся не что иное, как труд в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле. Поэто­му отнюдь не слу­чай­но­стью явля­ет­ся то обсто­я­тель­ство, что авто­ры, после­до­ва­тель­но при­дер­жи­ва­ю­щи­е­ся физио­ло­ги­че­ско­го пони­ма­ния абстракт­но­го тру­да, вынуж­де­ны прий­ти к выво­ду, рез­ко про­ти­во­ре­ча­ще­му уче­нию Марк­са, а имен­но, что абстракт­ный труд сам по себе не обра­зу­ет сто­и­мо­сти[11]. Кто хочет сохра­нить извест­ное поло­же­ние Марк­са, что абстракт­ный труд обра­зу­ет сто­и­мость и нахо­дит свое выра­же­ние в сто­и­мо­сти, тот дол­жен отка­зать­ся от физио­ло­ги­че­ско­го его пони­ма­ния. Это не зна­чит, конеч­но, что мы отри­ца­ем тот бес­спор­ный факт, что при любой обще­ствен­ной фор­ме хозяй­ства тру­до­вая дея­тель­ность людей сопро­вож­да­ет­ся затра­той физио­ло­ги­че­ской энер­гии. Физио­ло­ги­че­ский труд состав­ля­ет пред­по­сыл­ку абстракт­но­го тру­да в том смыс­ле, что ни о каком абстракт­ном тру­де не может быть речи, если не име­ет места затра­та людь­ми физио­ло­ги­че­ской энер­гии. Но эта затра­та физио­ло­ги­че­ской энер­гии оста­ет­ся имен­но пред­по­сыл­кой, а не объ­ек­том наше­го иссле­до­ва­ния.

При любой соци­аль­ной фор­ме хозяй­ства чело­ве­че­ский труд явля­ет­ся одно­вре­мен­но и мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ским и физио­ло­ги­че­ским тру­дом. Пер­вым при­зна­ком труд обла­да­ет постоль­ку, посколь­ку он под­чи­нен извест­но­му тех­ни­че­ско­му пла­ну и направ­лен на про­из­вод­ство про­дук­тов, необ­хо­ди­мых для удо­вле­тво­ре­ния чело­ве­че­ских потреб­но­стей; послед­ним при­зна­ком труд обла­да­ет постоль­ку, посколь­ку он пред­став­ля­ет собой затра­ту физио­ло­ги­че­ской энер­гии, накоп­лен­ной в чело­ве­че­ском орга­низ­ме и тре­бу­ю­щей сво­е­го регу­ляр­но­го вос­ста­нов­ле­ния. Если бы труд не созда­вал полез­ных про­дук­тов, или если бы он не сопро­вож­дал­ся затра­той энер­гии чело­ве­че­ско­го орга­низ­ма, вся кар­ти­на хозяй­ствен­ной жиз­ни чело­ве­че­ства была бы совер­шен­но иная, чем какой она явля­ет­ся на самом деле. Сле­до­ва­тель­но, труд, рас­смат­ри­ва­е­мый вне зави­си­мо­сти от той или иной соци­аль­ной орга­ни­за­ции хозяй­ства, пред­став­ля­ет мате­ри­аль­но-тех­ни­че­скую и одно­вре­мен­но био­ло­ги­че­скую пред­по­сыл­ку вся­кой хозяй­ствен­ной дея­тель­но­сти. Но эту пред­по­сыл­ку эко­но­ми­че­ско­го иссле­до­ва­ния нель­зя пре­вра­щать в его объ­ект. Затра­та физио­ло­ги­че­ской энер­гии, как тако­вая, не состав­ля­ет абстракт­но­го тру­да и не обра­зу­ет сто­и­мо­сти.

До сих пор мы рас­смат­ри­ва­ли физио­ло­ги­че­скую вер­сию абстракт­но­го тру­да в ее наи­бо­лее гру­бом виде. Сто­рон­ни­ки этой наи­бо­лее гру­бой вер­сии утвер­жда­ют, что сто­и­мость про­дук­тов созда­ет­ся абстракт­ным тру­дом, как затра­той извест­ной сум­мы физио­ло­ги­че­ской энер­гии. Но име­ет­ся так­же и более тон­кая фор­му­ли­ров­ка физио­ло­ги­че­ской вер­сии, кото­рая гла­сит при­бли­зи­тель­но так: равен­ство про­дук­тов как сто­и­мо­стей созда­ет­ся равен­ством всех видов чело­ве­че­ско­го тру­да как затра­ты физио­ло­ги­че­ской энер­гии. Здесь труд рас­смат­ри­ва­ет­ся уже не про­сто как затра­та неко­то­рой сум­мы физио­ло­ги­че­ской энер­гии, а со сто­ро­ны его физио­ло­ги­че­ской одно­род­но­сти со все­ми дру­ги­ми вида­ми тру­да. Здесь чело­ве­че­ский орга­низм рас­смат­ри­ва­ет­ся уже не толь­ко как источ­ник физио­ло­ги­че­ской энер­гии вооб­ще, но и как источ­ник, спо­соб­ный достав­лять труд в его любой кон­крет­ной фор­ме. Поня­тие физио­ло­ги­че­ско­го тру­да вооб­ще пре­вра­ти­лось в поня­тие физио­ло­ги­че­ски рав­но­го или одно­род­но­го тру­да.

Одна­ко и этот физио­ло­ги­че­ски одно­род­ный труд пред­став­ля­ет собой не объ­ект, а пред­по­сыл­ку эко­но­ми­че­ско­го иссле­до­ва­ния. Дей­стви­тель­но, если труд как затра­та физио­ло­ги­че­ской энер­гии состав­ля­ет био­ло­ги­че­скую пред­по­сыл­ку вся­ко­го чело­ве­че­ско­го хозяй­ства, то физио­ло­ги­че­ская одно­род­ность тру­да состав­ля­ет био­ло­ги­че­скую пред­по­сыл­ку вся­ко­го обще­ствен­но­го раз­де­ле­ния тру­да. Физио­ло­ги­че­ская одно­род­ность чело­ве­че­ско­го тру­да явля­ет­ся необ­хо­ди­мой пред­по­сыл­кой для воз­мож­но­сти пере­хо­да людей от одно­го вида тру­да к дру­го­му и, сле­до­ва­тель­но, для воз­мож­но­сти соци­аль­но­го про­цес­са пере­рас­пре­де­ле­ния обще­ствен­но­го тру­да. Если бы люди рож­да­лись, как пче­лы или муравьи, с опре­де­лен­ны­ми тру­до­вы­ми инстинк­та­ми, кото­рые зара­нее огра­ни­чи­ва­ли бы их спо­соб­ность к тру­ду одним видом тру­да, то раз­де­ле­ние тру­да было бы фак­том био­ло­ги­че­ско­го, а не соци­аль­но­го поряд­ка. Для того, что­бы обще­ствен­ный труд мог направ­лять­ся то в одну, то в дру­гую сфе­ру про­из­вод­ства, нуж­но, что­бы каж­дый инди­вид мог пере­хо­дить от одно­го вида тру­да к дру­го­му.

Сле­до­ва­тель­но, физио­ло­ги­че­ское равен­ство тру­да пред­став­ля­ет собой необ­хо­ди­мое усло­вие для того, что­бы вооб­ще мог­ло про­ис­хо­дить соци­аль­ное урав­не­ние и рас­пре­де­ле­ние тру­да. Толь­ко на осно­ве физио­ло­ги­че­ско­го равен­ства или одно­род­но­сти чело­ве­че­ско­го тру­да, т. е. раз­но­сто­рон­но­сти и гиб­ко­сти тру­до­вой дея­тель­но­сти чело­ве­ка, и воз­мо­жен пере­ход от одной рабо­ты к дру­гой, сле­до­ва­тель­но, и воз­ник­но­ве­ние обще­ствен­ной систе­мы раз­де­ле­ния тру­да и в част­но­сти систе­мы товар­но­го хозяй­ства, харак­те­ри­зу­е­мой абстракт­ным тру­дом. Поэто­му, когда мы гово­рим об абстракт­ном тру­де, мы пред­по­ла­га­ем труд соци­аль­но-урав­нен­ный, а соци­аль­ное урав­не­ние тру­да пред­по­ла­га­ет физио­ло­ги­че­скую одно­род­ность тру­да, без кото­рой ника­кое рас­пре­де­ле­ние тру­да как про­цесс соци­аль­ный вооб­ще не мог­ло бы иметь места.

Физио­ло­ги­че­ская одно­род­ность чело­ве­че­ско­го тру­да пред­став­ля­ет собой био­ло­ги­че­скую пред­по­сыл­ку (кото­рая в свою оче­редь явля­ет­ся резуль­та­том дли­тель­но­го про­цес­са раз­ви­тия чело­ве­ка, в част­но­сти, раз­ви­тия его ору­дий тру­да и неко­то­рых орга­нов тела, рук и моз­га), но не при­чи­ну раз­ви­тия обще­ствен­но­го раз­де­ле­ния тру­да. Сте­пень раз­ви­тия и фор­мы послед­не­го опре­де­ля­ют­ся чисто соци­аль­ны­ми при­чи­на­ми и в свою оче­редь опре­де­ля­ют, в какой мере раз­но­сто­рон­ность тру­до­вых опе­ра­ций, к выпол­не­нию кото­рых потен­ци­аль­но спо­со­бен орга­низм чело­ве­ка, смо­жет дей­стви­тель­но про­явить­ся в виде раз­но­сто­рон­но­сти тру­до­вых опе­ра­ций, выпол­ня­е­мых чело­ве­ком как чле­ном обще­ства. При стро­го про­ве­ден­ном касто­вом строе физио­ло­ги­че­ская одно­род­ность чело­ве­че­ско­го тру­да не может про­явить­ся в зна­чи­тель­ной мере. Даже в неболь­шой общине, осно­ван­ной на раз­де­ле­нии тру­да, физио­ло­ги­че­ская одно­род­ность тру­да про­яв­ля­ет­ся в узком кру­гу лиц, и обще­че­ло­ве­че­ский харак­тер тру­да не может най­ти сво­е­го выра­же­ния. Толь­ко на осно­ве товар­но­го хозяй­ства, харак­те­ри­зу­е­мо­го широ­ким раз­ви­ти­ем обме­на, мас­со­вым пере­хо­дом инди­ви­дов от одной рабо­ты к дру­гой и без­раз­ли­чи­ем инди­ви­да к кон­крет­но­му виду тру­да, — мог раз­ви­вать­ся и про­яв­лять­ся одно­род­ный харак­тер всех тру­до­вых опе­ра­ций, как видов обще­че­ло­ве­че­ско­го тру­да вооб­ще. Физио­ло­ги­че­ская одно­род­ность чело­ве­че­ско­го тру­да была необ­хо­ди­мой пред­по­сыл­кой обще­ствен­но­го раз­де­ле­ния тру­да, но лишь на опре­де­лен­ной сту­пе­ни обще­ствен­но­го раз­ви­тия и при опре­де­лен­ной соци­аль­ной фор­ме хозяй­ства труд инди­ви­да харак­те­ри­зу­ет­ся как фор­ма про­яв­ле­ния обще­че­ло­ве­че­ско­го тру­да. Не будет, пожа­луй, пре­уве­ли­че­ни­ем ска­зать, что поня­тие о чело­ве­ке вооб­ще и о чело­ве­че­ском тру­де вооб­ще воз­ник­ло толь­ко на поч­ве товар­но­го хозяй­ства. Имен­но это и хотел отме­тить Маркс, когда он ука­зы­вал, что в абстракт­ном тру­де нахо­дит свое выра­же­ние обще­че­ло­ве­че­ский харак­тер тру­да.

Мы при­шли к выво­ду, что как физио­ло­ги­че­ский труд вооб­ще, так и физио­ло­ги­че­ски рав­ный труд не пред­став­ля­ют собой абстракт­но­го тру­да, хотя и явля­ют­ся его пред­по­сыл­кой. Тот рав­ный труд, кото­рый нахо­дит свое выра­же­ние в равен­стве сто­и­мо­стей, дол­жен рас­смат­ри­вать­ся как соци­аль­но-урав­нен­ный труд. Так как сто­и­мость про­дук­тов тру­да явля­ет­ся их обще­ствен­ной, а не есте­ствен­ной функ­ци­ей, то и труд, обра­зу­ю­щий эту сто­и­мость, пред­став­ля­ет не физио­ло­ги­че­скую, а «обще­ствен­ную суб­стан­цию». Крат­ко и ярко Маркс выра­зил эту мысль в сво­ей рабо­те «Зара­бот­ная пла­та, цена и при­быль»: «Так как мено­вые сто­и­мо­сти това­ров суть лишь обще­ствен­ные функ­ции этих пред­ме­тов и не име­ют ниче­го обще­го с их есте­ствен­ны­ми свой­ства­ми, то мы долж­ны спро­сить: како­ва общая обще­ствен­ная суб­стан­ция всех това­ров? Что­бы изго­то­вить товар, необ­хо­ди­мо затра­тить на него или пре­вра­тить в него опре­де­лен­ное коли­че­ство тру­да. И я гово­рю: не толь­ко тру­да, но обще­ствен­но­го тру­да»[12]. И посколь­ку этот труд явля­ет­ся рав­ным, речь идет об обще­ствен­но рав­ном или соци­аль­но-урав­нен­ном тру­де.

Мы долж­ны таким обра­зом, не огра­ни­чи­ва­ясь харак­те­ри­сти­кой тру­да как рав­но­го, раз­ли­чать, как уже отме­че­но было в 11‑й гла­ве, три вида рав­но­го тру­да:

  • физио­ло­ги­че­ски рав­ный труд,
  • соци­аль­но-урав­нен­ный труд,
  • абстракт­ный или абстракт­но-все­об­щий труд, т. е. соци­аль­но-урав­нен­ный труд в той спе­ци­фи­че­ской фор­ме, кото­рую он при­об­ре­та­ет в товар­ном хозяй­стве.

В то вре­мя как абстракт­ный труд состав­ля­ет спе­ци­фи­че­скую осо­бен­ность товар­но­го хозяй­ства, соци­аль­но-урав­нен­ный труд может встре­чать­ся, напри­мер, в соци­а­ли­сти­че­ской общине. Абстракт­ный труд не толь­ко не сов­па­да­ет с физио­ло­ги­че­ски рав­ным тру­дом, но и не дол­жен быть отож­деств­ля­ем с соци­аль­но-урав­нен­ным тру­дом вооб­ще (см. выше, гла­ву 11‑ю). Вся­кий абстракт­ный труд явля­ет­ся обще­ствен­ным и соци­аль­но-урав­нен­ным тру­дом, но не вся­кий соци­аль­но-урав­нен­ный труд может быть при­знан абстракт­ным тру­дом. Для того, что­бы соци­аль­но-урав­нен­ный труд при­нял спе­ци­фи­че­скую фор­му абстракт­но­го тру­да, харак­тер­ную для товар­но­го хозяй­ства, необ­хо­ди­мы два усло­вия, точ­но ука­зан­ные Марк­сом. Необ­хо­ди­мо: 1) что­бы равен­ство тру­да раз­ных видов и инди­ви­дов состав­ля­ло «спе­ци­фи­че­ски обще­ствен­ный харак­тер неза­ви­си­мых друг от дру­га част­ных работ» (К., I, с. 33), т. е. что­бы труд толь­ко в каче­стве рав­но­го ста­но­вил­ся обще­ствен­ным тру­дом, и 2) что­бы это урав­не­ние тру­да про­ис­хо­ди­ло в вещ­ной фор­ме, т. е. в «фор­ме сто­и­мо­сти про­дук­тов тру­да» (там же)[13]. При отсут­ствии этих усло­вий труд явля­ет­ся физио­ло­ги­че­ски рав­ным, он может быть так­же соци­аль­но-урав­нен­ным, но не абстракт­но все­об­щим тру­дом.

Если у одних авто­ров мы встре­ча­ем оши­боч­ное сме­ше­ние абстракт­но­го тру­да с физио­ло­ги­че­ски рав­ным, то у дру­гих авто­ров мож­но най­ти ошиб­ку менее гру­бую, но все же недо­пу­сти­мую: они сме­ши­ва­ют абстракт­ный труд с соци­аль­но-урав­нен­ным. Рас­суж­де­ние их сво­дит­ся к сле­ду­ю­ще­му: орган соци­а­ли­сти­че­ской общи­ны, как мы уже виде­ли, в целях уче­та и рас­пре­де­ле­ния тру­да при­рав­ни­ва­ет труд раз­ных видов и инди­ви­дов, т. е. сво­дит их к общей еди­ни­це, по необ­хо­ди­мо­сти отвле­чен­ной (абстракт­ной); сле­до­ва­тель­но, труд полу­ча­ет харак­тер абстракт­но­го[14]. Посколь­ку ука­зан­ные авто­ры наста­и­ва­ют на сво­ем пра­ве при­да­вать соци­аль­но-урав­нен­но­му тру­ду назва­ние «абстракт­но­го», мы можем при­знать за ними такое пра­во: любой автор впра­ве обо­зна­чать дан­ное явле­ние любым тер­ми­ном, — хотя такой тер­ми­но­ло­ги­че­ский про­из­вол весь­ма опа­сен и вно­сит боль­шую пута­ни­цу в нау­ку. Но ведь наш спор заклю­ча­ет­ся не в том, какой тер­мин выбрать для обо­зна­че­ния соци­аль­но-урав­нен­но­го тру­да, а совсем в дру­гом. Перед нами сто­ит вопрос: что долж­ны мы пони­мать под тем «абстракт­ным тру­дом», кото­рый, по уче­нию Марк­са, обра­зу­ет сто­и­мость и нахо­дит свое выра­же­ние в сто­и­мо­сти? Мы долж­ны опять напом­нить, что Маркс хотел не толь­ко ана­ли­ти­че­ски све­сти сто­и­мость к тру­ду, но и диа­лек­ти­че­ски выве­сти из тру­да сто­и­мость. А с этой точ­ки зре­ния оче­вид­но, что не толь­ко труд физио­ло­ги­че­ски рав­ный, но и соци­аль­но-урав­нен­ный труд как тако­вой еще не обра­зу­ет сто­и­мо­сти. Тот абстракт­ный труд, о кото­ром гово­рит Маркс, явля­ет­ся не толь­ко соци­аль­но-урав­нен­ным тру­дом, но тру­дом соци­аль­но-урав­нен­ным в спе­ци­фи­че­ской фор­ме, харак­тер­ной для товар­но­го хозяй­ства. В систе­ме Марк­са поня­тие абстракт­но­го тру­да нахо­дит­ся в нераз­рыв­ной свя­зи с основ­ны­ми осо­бен­но­стя­ми товар­но­го хозяй­ства. Что­бы дока­зать это, нам при­дет­ся несколь­ко подроб­нее изло­жить взгля­ды Марк­са на харак­тер абстракт­но­го тру­да.

Маркс начи­на­ет свое иссле­до­ва­ние с това­ра, в кото­ром отли­ча­ет две сто­ро­ны: мате­ри­аль­но-тех­ни­че­скую и соци­аль­ную (т. е. потре­би­тель­ную сто­и­мость и сто­и­мость). Эти же две сто­ро­ны раз­ли­ча­ет он в тру­де, содер­жа­щем­ся в това­ре. Кон­крет­ный и абстракт­ный труд пред­став­ля­ют собой лишь две сто­ро­ны (мате­ри­аль­но-тех­ни­че­скую и обще­ствен­ную) одно­го и того же тру­да, содер­жа­ще­го­ся в това­ре. Обще­ствен­ная сто­ро­на это­го тру­да, обра­зу­ю­щая сто­и­мость и нахо­дя­щая свое выра­же­ние в сто­и­мо­сти, и есть абстракт­ный труд.

Нач­нем с опре­де­ле­ния, кото­рое Маркс дает тру­ду кон­крет­но­му: «Труд, как сози­да­тель потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей, как полез­ный труд, явля­ет­ся неза­ви­си­мым от вся­ких обще­ствен­ных форм усло­ви­ем суще­ство­ва­ния людей, веч­ной есте­ствен­ной необ­хо­ди­мо­стью: без него не был бы воз­мо­жен обмен веществ меж­ду чело­ве­ком и при­ро­дой, т. е. не была бы воз­мож­на сама чело­ве­че­ская жизнь» (К., I, с. 7). Оче­вид­но, это­му кон­крет­но­му тру­ду про­ти­во­по­став­ля­ет­ся абстракт­ный, как свя­зан­ный с опре­де­лен­ной «обще­ствен­ной фор­мой», выра­жа­ю­щий опре­де­лен­ные отно­ше­ния чело­ве­ка к чело­ве­ку в про­цес­се про­из­вод­ства. Кон­крет­ный труд есть опре­де­ле­ние тру­да с точ­ки зре­ния его мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ских свойств. Абстракт­ный труд вклю­ча­ет в себя опре­де­ле­ние обще­ствен­ной фор­мы орга­ни­за­ции чело­ве­че­ско­го тру­да. Это не видо­вое и родо­вое поня­тия тру­да, а иссле­до­ва­ние тру­да с двух точек зре­ния: мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской и соци­аль­ной. Поня­тие абстракт­но­го тру­да выра­жа­ет осо­бен­но­сти соци­аль­ной орга­ни­за­ции тру­да в товар­но-капи­та­ли­сти­че­ском обще­стве[15].

крет­ный вид и при­рав­ни­ва­ет­ся в опре­де­лен­ной про­пор­ции всем дру­гим вида!м тру­да, Ф. е. при­рав­ни­ва­ет­ся опре­де­лен­но­му коли­че­ству обез­ли­чен­но­го, одно­род­но­го, абстракт­но­го тру­да, «тру­да вооб­ще». Пре­вра­ще­ние част­но­го тру­да в обще­ствен­ный не может про­ис­хо­дить ина­че, как посред­ством пре­вра­ще­ния кон­крет­но­го тру­да в аб-

Для пра­виль­но­го пони­ма­ния про­ти­во­по­лож­но­сти кон­крет­но­го и абстракт­но­го тру­да надо исхо­дить из рас­смот­рен­но­го нами выше про­ти­во­по­став­ле­ния, кото­рое Маркс про­во­дит меж­ду тру­дом част­ным и обще­ствен­ным.

Труд явля­ет­ся обще­ствен­ным, посколь­ку он рас­смат­ри­ва­ет­ся как доля сово­куп­ной мас­сы одно­род­но­го обще­ствен­но­го тру­да или, как часто выра­жа­ет­ся Маркс, в его «отно­ше­нии к сово­куп­но­му тру­ду обще­ства». В боль­шой соци­а­ли­сти­че­ской общине труд чле­на обще­ства в его кон­крет­ном виде (напри­мер, как труд сапож­ни­ка) вклю­чен непо­сред­ствен­но в еди­ный тру­до­вой меха­низм обще­ства, и, — посколь­ку речь идет о началь­ной фазе соци­а­ли­сти­че­ско­го хозяй­ства, когда труд отдель­ных лиц будет еще «рас­це­ни­вать­ся» обще­ством, — при­рав­ни­ва­ет­ся опре­де­лен­но­му чис­лу еди­ниц обще­ствен­но­го тру­да (см. об этом подроб­нее в кон­це насто­я­щей гла­вы). Труд в сво­ем кон­крет­ном виде явля­ет­ся непо­сред­ствен­но обще­ствен­ным тру­дом. Ина­че про­ис­хо­дит дело в товар­ном хозяй­стве, где кон­крет­ный труд про­из­во­ди­те­ля явля­ет­ся непо­сред­ствен­но не обще­ствен­ным тру­дом, а част­ным, т. е. тру­дом част­но­го това­ро­про­из­во­ди­те­ля, част­но­го соб­ствен­ни­ка средств про­из­вод­ства и авто­ном­но­го орга­ни­за­то­ра хозяй­ства. Этот част­ный труд может стать обще­ствен­ным лишь через посред­ство урав­не­ния его со все­ми дру­ги­ми вида­ми тру­да), через урав­не­ние их про­дук­тов (см. выше 11‑ю гла­ву). Ина­че гово­ря, он ста­но­вит­ся обще­ствен­ным не постоль­ку, посколь­ку он явля­ет­ся кон­крет­ным тру­дом, про­из­во­дя­щим кон­крет­ные потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти, напри­мер баш­ма­ки, а лишь постоль­ку, посколь­ку баш­ма­ки при­рав­ни­ва­ют­ся как сто­и­мость опре­де­лен­ной сум­ме денег (а через них — всем дру­гим про­дук­там как сто­и­мо­стям), а тем самым и труд, вопло­щен­ный в них, при­рав­ни­ва­ет­ся всем дру­гим видам тру­да и, сле­до­ва­тель­но, сбра­сы­ва­ет с себя свой опре­де­лен­ный кон­крет­ный вид, ста­но­вит­ся тру­дом обез­ли­чен­ным, части­цей сово­куп­ной мас­сы одно­род­но­го обще­ствен­но­го тру­да. Подоб­но тому, как кон­крет­ный про­дукт тру­да (напри­мер баш­ма­ки) обна­ру­жи­ва­ет свой харак­тер сто­и­мо­сти лишь постоль­ку, посколь­ку он сбра­сы­ва­ет с себя свой кон­крет­ный вид и при­рав­ни­ва­ет­ся опре­де­лен­ной сум­ме абстракт­ных денеж­ных еди­ниц, точ­но так же част­ный и кон­крет­ный труд, содер­жа­щий­ся в нем, обна­ру­жи­ва­ет свой харак­тер обще­ствен­но­го тру­да лишь постоль­ку, посколь­ку он сбра­сы­ва­ет с себя свой кон­крет­ный вид и при­рав­ни­ва­ет­ся в опре­де­лен­ной про­пор­ции всем дру­гим видам тру­да, т. е. при­рав­ни­ва­ет­ся опре­де­лен­но­му коли­че­ству обез­ли­чен­но­го, одно­род­но­го, абстракт­но­го тру­да, «тру­да вооб­ще». Пре­вра­ще­ние част­но­го тру­да в обще­ствен­ный не может про­ис­хо­дить ина­че, как посред­ством пре­вра­ще­ния кон­крет­но­го тру­да в абстракт­ный. С дру­гой сто­ро­ны, пре­вра­ще­ние кон­крет­но­го тру­да в абстракт­ный уже озна­ча­ет вклю­че­ние его в мас­су одно­род­но­го обще­ствен­но­го тру­да, т. е. пре­вра­ще­ние его в труд обще­ствен­ный. Абстракт­ный труд есть раз­но­вид­ность обще­ствен­но­го тру­да или соци­аль­но-урав­нен­но­го тру­да вооб­ще. Это — труд обще­ствен­ный или соци­аль­но-урав­нен­ный в той спе­ци­фи­че­ской фор­ме, кото­рую он име­ет в товар­ном хозяй­стве. Абстракт­ный труд — это не толь­ко соци­аль­но-урав­нен­ный труд, т. е. отвле­чен­ный от кон­крет­ных осо­бен­но­стей, обез­ли­чен­ный и одно­род­ный труд. Это — труд, кото­рый толь­ко в каче­стве обез­ли­чен­но­го и одно­род­но­го ста­но­вит­ся обще­ствен­ным тру­дом. Поня­тие абстракт­но­го тру­да пред­по­ла­га­ет, что про­цесс обез­ли­че­ния или урав­не­ния тру­да есть един­ствен­ный про­цесс, бла­го­да­ря кото­ро­му труд «обоб­ществ­ля­ет­ся», т. е. вклю­ча­ет­ся в сово­куп­ную мас­су обще­ствен­но­го тру­да. Это урав­не­ние тру­да может про­ис­хо­дить (но лишь мыс­лен­но и пред­ва­ри­тель­но) еще в про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства, до акта обме­на, но лишь через посред­ство про­цес­са обме­на, т. е. не ина­че, как посред­ством при­рав­не­ния (хотя бы мыс­лен­но­го и пред­ва­ри­тель­но­го) про­дук­та дан­но­го тру­да извест­ной сум­ме денег. Посколь­ку это при­рав­не­ние лишь пред­вос­хи­ща­ет обмен, оно под­ле­жит еще осу­ществ­ле­нию или реа­ли­за­ции в дей­стви­тель­ном про­цес­се обме­на.

Опи­сан­ная роль абстракт­но­го тру­да, при­су­щая ему имен­но в товар­ном обще­стве, осо­бен­но ярко про­яв­ля­ет­ся при срав­не­нии послед­не­го с дру­ги­ми фор­ма­ми хозяй­ства. «Возь­мем бар­щи­ну и нату­раль­ные повин­но­сти сред­них веков. Опре­де­лен­ный труд отдель­ных лиц в его нату­раль­ной фор­ме, част­ный[16] харак­тер тру­да, а отнюдь не все­об­щий[17], состав­лял тогда обще­ствен­ную связь. Или же, нако­нец, возь­мем общин­ный труд в его есте­ствен­ной фор­ме, каким мы нахо­дим его на поро­ге исто­рии у всех куль­тур­ных наро­дов. Здесь обще­ствен­ный харак­тер тру­да, совер­шен­но оче­вид­но, явля­ет­ся не от того, что труд отдель­но­го лица при­ни­ма­ет абстракт­ную фор­му все­об­ще­го тру­да, и не от того, что его про­дукт при­ни­ма­ет фор­му все­об­ще­го экви­ва­лен­та. Самая сущ­ность общин­но­го про­из­вод­ства не поз­во­ля­ет тру­ду отдель­но­го лица являть­ся част­ным тру­дом или про­дук­ту его быть част­ным про­дук­том; напро­тив, она ско­рее непо­сред­ствен­но дела­ет каж­дое отдель­ное про­яв­ле­ние тру­да функ­ци­ей одно­го из чле­нов обще­ствен­но­го орга­низ­ма. Труд, кото­рый про­яв­ля­ет­ся в мено­вой сто­и­мо­сти, сра­зу высту­па­ет как труд част­но­го обособ­лен­но­го лица. Обще­ствен­ным он ста­но­вит­ся толь­ко пото­му, что при­ни­ма­ет фор­му непо­сред­ствен­ной сво­ей про­ти­во­по­лож­но­сти, фор­му абстракт­ной все­общ­но­сти» («К кри­ти­ке полит, экон.», стр. 40. Выде­ле­ние наше). Ту же мысль повто­ря­ет Маркс в «Капи­та­ле». О сред­не­ве­ко­вом обще­стве он гово­рит: «Непо­сред­ствен­но обще­ствен­ной фор­мой тру­да явля­ет­ся здесь его нату­раль­ная фор­ма, его осо­бен­ность, а не его все­общ­ность, как в товар­ном обще­стве, поко­я­щем­ся на осно­ве товар­но­го про­из­вод­ства» (К., I, с. 35). Так­же и в дере­вен­ском пат­ри­ар­халь­ном про­из­вод­стве кре­стьян­ской семьи «раз­лич­ные рабо­ты, созда­ю­щие эти про­дук­ты: обра­бот­ка паш­ни, уход за ско­том, пря­де­нье, тка­че­ство, порт­ня­же­ство и т. д., явля­ют­ся обще­ствен­ны­ми функ­ци­я­ми в сво­ей нату­раль­ной фор­ме» (там же).

Итак, в отли­чие от пат­ри­ар­халь­ной семьи или кре­пост­но­го поме­стья, где труд в его кон­крет­ном виде имел непо­сред­ствен­но обще­ствен­ный харак­тер, в товар­ном обще­стве един­ствен­ная обще­ствен­ная связь меж­ду само­сто­я­тель­ны­ми част­ны­ми хозяй­ства­ми созда­ет­ся через все­сто­рон­ний обмен и при­рав­ни­ва­ние про­дук­тов самых раз­лич­ных кон­крет­ных видов тру­да, т. е. через отвле­че­ние от их кон­крет­ных осо­бен­но­стей, через пре­вра­ще­ние тру­да кон­крет­но­го в труд абстракт­ный. Затра­та чело­ве­че­ской энер­гии как тако­вой, в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле, еще не состав­ля­ет абстракт­но­го тру­да, как обра­зу­ю­ще­го сто­и­мость, хотя и явля­ет­ся его пред­по­сыл­кой. Отвле­че­ние от кон­крет­ных видов тру­да, как основ­ная обще­ствен­ная связь меж­ду отдель­ны­ми това­ро­про­из­во­ди­те­ля­ми, — вот что харак­те­ри­зу­ет абстракт­ный труд. Поня­тие абстракт­но­го тру­да пред­по­ла­га­ет опре­де­лен­ную обще­ствен­ную фор­му орга­ни­за­ции тру­да в товар­ном обще­стве: свя­зан­ность отдель­ных това­ро­про­из­во­ди­те­лей не непо­сред­ствен­но в самом про­из­вод­ствен­ном про­цес­се, посколь­ку он пред­став­ля­ет собой сово­куп­ность кон­крет­ных тру­до­вых дея­тель­но­стей, а через посред­ство про­цес­са обме­на, т. е. отвле­че­ния от этих кон­крет­ных осо­бен­но­стей. Это — кате­го­рия не физио­ло­ги­че­ская, а соци­аль­ная и исто­ри­че­ская. От кон­крет­но­го тру­да абстракт­ный труд отли­ча­ет­ся не толь­ко при­зна­ком отри­ца­тель­ным (отвле­че­ние от кон­крет­но­го вида тру­да), но и поло­жи­тель­ным (при­рав­ни­ва­ние всех видов тру­да во все­сто­рон­нем обмене про­дук­тов тру­да). «Труд, реа­ли­зо­ван­ный в товар­ной сто­и­мо­сти, полу­ча­ет не толь­ко отри­ца­тель­ное выра­же­ние, как труд, от кото­ро­го отвле­че­ны все кон­крет­ные фор­мы и полез­ные свой­ства дей­стви­тель­ных работ, но, кро­ме того, отчет­ли­во высту­па­ет впе­ред и его поло­жи­тель­ная при­ро­да. Послед­няя состо­ит в све­де­нии всех дей­стви­тель­ных видов тру­да к их обще­му харак­те­ру чело­ве­че­ско­го тру­да, к затра­те чело­ве­че­ской рабо­чей силы» (К., I, с. 27). В дру­гих местах Маркс под­чер­ки­ва­ет, что это све­де­ние кон­крет­ных видов тру­да к тру­ду абстракт­но­му осу­ществ­ля­ет­ся окон­ча­тель­но в про­цес­се обме­на, в про­цес­се же непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства носит еще пред­ва­ри­тель­ный или иде­аль­ный харак­тер, посколь­ку про­из­вод­ство зара­нее рас­счи­та­но на обмен (см. ниже). В марк­со­вой тео­рии сто­и­мо­сти пре­вра­ще­ние кон­крет­но­го тру­да в абстракт­ный не есть мыс­лен­ный акт абстра­ги­ро­ва­ния, в целях нахож­де­ния общей еди­ни­цы изме­ре­ния; это пре­вра­ще­ние есть реаль­ное обще­ствен­ное явле­ние. Тео­ре­ти­че­ским выра­же­ни­ем это­го обще­ствен­но­го явле­ния, — а имен­но соци­аль­но­го урав­не­ния раз­ных видов тру­да, а не их физио­ло­ги­че­ско­го равен­ства, — слу­жит кате­го­рия абстракт­но­го тру­да. Толь­ко игно­ри­ро­ва­ние этой поло­жи­тель­ной, соци­аль­ной при­ро­ды абстракт­но­го тру­да при­во­ди­ло к пони­ма­нию его, как тру­до­вой затра­ты в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле, с чисто отри­ца­тель­ны­ми при­зна­ка­ми отвле­че­ния от кон­крет­ных видо­вых осо­бен­но­стей тру­да.

Абстракт­ный труд появ­ля­ет­ся и раз­ви­ва­ет­ся по мере того, как обмен ста­но­вит­ся соци­аль­ной фор­мой само­го про­цес­са про­из­вод­ства, пре­вра­ща­ю­ще­го­ся таким обра­зом в товар­ное про­из­вод­ство. При отсут­ствии обме­на, как соци­аль­ной фор­мы про­из­вод­ства, не может быть речи об абстракт­ном тру­де. Поэто­му по мере рас­ши­ре­ния рын­ка и сфе­ры обме­на, по мере втя­ги­ва­ния в него отдель­ных хозяйств и пре­вра­ще­ния их в (еди­ное народ­ное, а впо­след­ствии и миро­вое хозяй­ство, про­ис­хо­дит уси­ле­ние тех харак­тер­ных осо­бен­но­стей тру­да, кото­рые мы обо­зна­ча­ем как абстракт­ный труд. Поэто­му Маркс пишет: «Толь­ко внеш­няя тор­гов­ля, раз­ви­тие рын­ка в миро­вой рынок пре­вра­ща­ет день­ги в миро­вые день­ги, а абстракт­ный труд — в обще­ствен­ный труд. Абстракт­ное богат­ство, сто­и­мость, день­ги — сле­до­ва­тель­но, абстракт­ный труд раз­ви­ва­ет­ся по мере того, как кон­крет­ный труд раз­ви­ва­ет­ся в сово­куп­ность раз­лич­ных видов тру­да, охва­ты­ва­ю­щую миро­вой рынок» (Theorien über den Mehrwert, III, S. 301. Выде­ле­ние Марк­са). Пока обмен огра­ни­чен наци­о­наль­ны­ми рам­ка­ми, нет еще абстракт­но­го тру­да в его наи­бо­лее раз­ви­том виде. Абстракт­ный харак­тер тру­да дости­га­ет сво­е­го завер­ше­ния тогда, когда меж­ду­на­род­ная тор­гов­ля свя­зы­ва­ет воеди­но все стра­ны, и про­дукт наци­о­наль­но­го тру­да теря­ет свои спе­ци­фи­че­ские кон­крет­ные чер­ты бла­го­да­ря тому, что он бро­са­ет­ся на миро­вой рынок и при­рав­ни­ва­ет­ся там про­дук­там тру­да самых раз­лич­ных наци­о­наль­ных про­из­водств. Как дале­ко это поня­тие абстракт­но­го тру­да от тру­до­вой затра­ты в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле, без­раз­лич­ной не толь­ко к каче­ствен­ным осо­бен­но­стям тру­до­вой дея­тель­но­сти, но и к обще­ствен­ным фор­мам ее орга­ни­за­ции.

В про­из­вод­стве, осно­ван­ном на обмене, про­из­во­ди­те­ля инте­ре­су­ет не потре­би­тель­ная сто­и­мость изго­тов­лен­ных им про­дук­тов, а исклю­чи­тель­но их сто­и­мость. Они инте­ре­су­ют его не как резуль­тат кон­крет­но­го тру­да, а как резуль­тат абстракт­но­го, т. е. посколь­ку они могут сбро­сить с себя свою при­рож­ден­ную потре­би­тель­ную фор­му и пре­вра­тить­ся в день­ги, а через них в бес­ко­неч­ный ряд раз­лич­ных потре­би­тель­ных сто­и­мо­стей. Если, с точ­ки зре­ния сто­и­мо­сти, дан­ное заня­тие ока­зы­ва­ет­ся для про­из­во­ди­те­ля менее выгод­ным, чем дру­гое, он, — пред­по­ла­гая в товар­ном обще­стве пол­ную подвиж­ность тру­да, — пере­хо­дит от одной кон­крет­ной тру­до­вой дея­тель­но­сти к дру­гой. Обмен созда­ет, — конеч­но, в виде тен­ден­ции, пре­ры­ва­е­мой и ослаб­ля­е­мой про­ти­во­дей­ству­ю­щи­ми при­чи­на­ми, — без­раз­ли­чие про­из­во­ди­те­ля к тру­ду кон­крет­но­му. «Без­раз­лич­ное отно­ше­ние к како­му-нибудь опре­де­лен­но­му виду тру­да соот­вет­ству­ет обще­ствен­ной фор­ме, при кото­рой инди­ви­ды с лег­ко­стью пере­хо­дят от одно­го вида тру­да к дру­го­му и при кото­рой какой-либо опре­де­лен­ный труд явля­ет­ся для них слу­чай­ным и пото­му без­раз­лич­ным. Здесь труд вооб­ще, не толь­ко в кате­го­рии, но и в дей­стви­тель­но­сти, стал сред­ством созда­ния богат­ства вооб­ще и утра­тил свою связь с опре­де­лен­ным инди­ви­дом. Такое состо­я­ние достиг­ло наи­боль­ше­го раз­ви­тия в совре­мен­ней­шей из форм бытия бур­жу­аз­но­го обще­ства, в Соеди­нен­ных шта­тах. Здесь, таким обра­зом, абстракт­ная кате­го­рия «тру­да», «тру­да вооб­ще», тру­да sans phrase[18], этот исход­ный пункт совре­мен­ной эко­но­ми­че­ской нау­ки ста­но­вит­ся впер­вые прак­ти­че­ской исти­ной. Сле­до­ва­тель­но, про­стей­шая абстрак­ция, кото­рую совре­мен­ная эко­но­мия ста­вит во гла­ву угла, и кото­рая выра­жа­ет древ­ней­шее, для всех обще­ствен­ных форм дей­ству­ю­щее отно­ше­ние, ста­но­вит­ся в этой абстрак­ции прак­ти­че­ски истин­ным толь­ко как кате­го­рия совре­мен­но­го обще­ства… Этот при­мер тру­да убе­ди­тель­но дока­зы­ва­ет, что даже самые про­стей­шие кате­го­рии, несмот­ря на то, что имен­но бла­го­да­ря их отвле­чен­но­сти они при­ме­ни­мы ко всем эпо­хам, в самой опре­де­лен­но­сти этой абстрак­ции явля­ют­ся не в мень­шей мере про­дук­том исто­ри­че­ских усло­вий и обла­да­ют пол­ной зна­чи­мо­стью толь­ко для этих усло­вий и внут­ри их[19]». Мы при­ве­ли эту длин­ную выпис­ку из Марк­са пото­му, что она окон­ча­тель­но дока­зы­ва­ет невоз­мож­ность физио­ло­ги­че­ско­го пони­ма­ния «абстракт­но­го тру­да» или «тру­да вооб­ще», кото­рый на пер­вый взгляд при­сущ всем фор­мам обще­ства, а на самом деле пред­став­ля­ет про­дукт исто­ри­че­ских усло­вий товар­но­го обще­ства и «обла­да­ет пол­ной зна­чи­мо­стью» толь­ко в нем. Абстракт­ным труд ста­но­вит­ся постоль­ку, посколь­ку обще­ствен­ная связь меж­ду чле­на­ми обще­ства осу­ществ­ля­ет­ся через обмен и при­рав­ни­ва­ние про­дук­тов самых раз­лич­ных видов тру­да. «В пре­де­лах это­го (товар­но­го) мира все­об­ще­че­ло­ве­че­ский харак­тер тру­да есть его спе­ци­фи­че­ски обще­ствен­ный харак­тер» (К., I, с. 27), и толь­ко эта обще­ствен­ная роль тру­да, отвле­чен­но­го от кон­крет­ных качеств, при­да­ет ему харак­тер того абстракт­но­го тру­да, кото­рый обра­зу­ет сто­и­мость. В сто­и­мо­сти «все­об­щий харак­тер отдель­но­го тру­да» высту­па­ет «как его обще­ствен­ный харак­тер», — настой­чи­во и неод­но­крат­но повто­ря­ет ту же мысль Маркс в «Кри­ти­ке поли­ти­че­ской эко­но­мии».

Итак, посколь­ку из тру­да долж­на быть диа­лек­ти­че­ски выве­де­на сто­и­мость, мы долж­ны пони­мать под тру­дом труд, орга­ни­зо­ван­ный в опре­де­лен­ной соци­аль­ной фор­ме, при­су­щей товар­но­му хозяй­ству. Пока мы гово­рим о физио­ло­ги­че­ски рав­ном или даже соци­аль­но-урав­нен­ном тру­де вооб­ще, этот труд не обра­зу­ет сто­и­мо­сти. К ино­му, более бед­но­му поня­тию тру­да мож­но прий­ти лишь в том слу­чае, если огра­ни­чить свою зада­чу чисто ана­ли­ти­че­ским све­де­ни­ем сто­и­мо­сти к тру­ду. Если мы исхо­дим из сто­и­мо­сти как из гото­вой, дан­ной соци­аль­ной фор­мы про­дук­тов тру­да, не тре­бу­ю­щей осо­бо­го объ­яс­не­ния, и ста­вим себе вопрос, к како­му тру­ду мож­но све­сти эту сто­и­мость, мы отве­ча­ем крат­ко: к рав­но­му тру­ду. Ина­че гово­ря, если сто­и­мость мож­но диа­лек­ти­че­ски выве­сти толь­ко из абстракт­но­го тру­да, отли­ча­ю­ще­го­ся опре­де­лен­ной соци­аль­ной фор­мой, то ана­ли­ти­че­ское све­де­ние сто­и­мо­сти к тру­ду может огра­ни­чить­ся кон­ста­ти­ро­ва­ни­ем харак­те­ра тру­да как соци­аль­но-урав­нен­но­го вооб­ще[20] или даже, пожа­луй, как физио­ло­ги­че­ски рав­но­го тру­да. Воз­мож­но, что имен­но этим объ­яс­ня­ет­ся тот факт, что во вто­ром раз­де­ле пер­вой гла­вы I тома «Капи­та­ла», где Маркс при помо­щи ана­ли­ти­че­ско­го мето­да сво­дит сто­и­мость к тру­ду, он под­чер­ки­ва­ет харак­тер тру­да, как физио­ло­ги­че­ски рав­но­го, не оста­нав­ли­ва­ясь бли­же на соци­аль­ной фор­ме орга­ни­за­ции тру­да в товар­ном хозяй­стве[21]. Напро­тив, всю­ду там, где Маркс хочет диа­лек­ти­че­ски выве­сти сто­и­мость из абстракт­но­го тру­да, он в харак­те­ри­сти­ке послед­не­го под­чер­ки­ва­ет соци­аль­ную фор­му тру­да в товар­ном хозяй­стве.

После того, как мы выяс­ни­ли соци­аль­ную при­ро­ду абстракт­но­го тру­да и связь его с про­цес­сом обме­на, мы долж­ны отве­тить на неко­то­рые кри­ти­че­ские воз­ра­же­ния, выдви­ну­тые про­тив наше­го пони­ма­ния абстракт­но­го тру­да. Неко­то­рые кри­ти­ки[22] гово­рят, что из наше­го поло­же­ния мож­но сде­лать вывод, что абстракт­ный труд воз­ни­ка­ет толь­ко в акте обме­на. Отсю­да сле­ду­ет, что и сто­и­мость воз­ни­ка­ет толь­ко в обмене, меж­ду тем как, с точ­ки зре­ния Марк­са, сто­и­мость, а сле­до­ва­тель­но, и абстракт­ный труд долж­ны суще­ство­вать уже в про­цес­се про­из­вод­ства. Тут затро­нут очень серьез­ный и глу­бо­кий вопрос об отно­ше­нии меж­ду про­из­вод­ством и обме­ном. Как нам раз­ре­шить эту труд­ность? С одной сто­ро­ны, сто­и­мость и абстракт­ный труд долж­ны суще­ство­вать уже в про­цес­се про­из­вод­ства, а, с дру­гой сто­ро­ны, Маркс в десят­ках мест гово­рит, что абстракт­ный труд име­ет сво­ей пред­по­сыл­кой про­цесс обме­на.

При­ве­дем несколь­ко при­ме­ров. По сло­вам Марк­са, Фран­клин пони­мал труд, как абстракт­ный, но не пони­мал, что это есть абстракт­но-все­об­щий, обще­ствен­ный труд, про­ис­те­ка­ю­щий из все­сто­рон­не­го отчуж­де­ния инди­ви­ду­аль­но­го тру­да (Kritik, S. 38 — 39). Глав­ная ошиб­ка Фран­кли­на состо­я­ла, сле­до­ва­тель­но, в том, что он не при­нял во вни­ма­ние, что абстракт­ный труд воз­ни­ка­ет из отчуж­де­ния инди­ви­ду­аль­но­го тру­да.

В дан­ном слу­чае у Марк­са речь идет не об отдель­ной фра­зе. В После­ду­ю­щих изда­ни­ях «Капи­та­ла» Маркс все рез­че под­чер­ки­вал ту мысль, что в товар­ном хозяй­стве толь­ко обмен сво­дит кон­крет­ный труд к абстракт­но­му тру­ду.

Про­чтем извест­ную фра­зу, кото­рую мы уже цити­ро­ва­ли: «Люди сопо­став­ля­ют друг с дру­гом про­дук­ты сво­е­го тру­да как сто­и­мо­сти не пото­му, что эти вещи явля­ют­ся для них лишь веще­ствен­ны­ми обо­лоч­ка­ми одно­род­но­го чело­ве­че­ско­го тру­да. Наобо­рот. При­рав­ни­вая друг дру­гу в обмене раз­но­род­ные про­дук­ты как сто­и­мо­сти, они тем самым при­рав­ни­ва­ют друг дру­гу свои раз­лич­ные рабо­ты, как чело­ве­че­ский труд вооб­ще» (К., I, с. 33). В пер­вом изда­нии «Капи­та­ла» эта фра­за име­ла совер­шен­но про­ти­во­по­лож­ный смысл. Эта фра­за у Марк­са гла­си­ла так: «Если люди отно­сят свои про­дук­ты друг к дру­гу как сто­и­мо­сти постоль­ку, посколь­ку эти вещи явля­ют­ся для них лишь веще­ствен­ны­ми обо­лоч­ка­ми одно­род­но­го чело­ве­че­ско­го тру­да» и т. д. (Kapital, I, 1867, S. 38). Маркс, опа­са­ясь, что его пой­мут в том смыс­ле, буд­то люди зара­нее созна­тель­но при­рав­ни­ва­ют друг дру­гу свой труд как абстракт­ный, во вто­ром изда­нии совер­шен­но изме­нил смысл фра­зы и под­черк­нул ту мысль, что урав­не­ние тру­да как абстракт­но­го про­ис­хо­дит толь­ко через обмен про­дук­тов тру­да. Это — харак­тер­ное изме­не­ние от пер­во­го изда­ния ко вто­ро­му.

Но Маркс как мы уже упо­ми­на­ли, не огра­ни­чил­ся вто­рым изда­ни­ем I тома «Капи­та­ла». Он еще испра­вил впо­след­ствии текст для фран­цуз­ско­го изда­ния 1875 года, при­чем писал, что он внес туда такие исправ­ле­ния, кото­рые он не успел вне­сти во вто­рое немец­кое изда­ние. На этом осно­ва­нии Маркс при­пи­сы­вал фран­цуз­ско­му изда­нию «Капи­та­ла» само­сто­я­тель­ную науч­ную цен­ность наря­ду с немец­ким ори­ги­на­лом.

Во вто­ром изда­нии «Капи­та­ла» мы встре­ча­ем извест­ную фра­зу: «Равен­ство работ, toto coelo[23] раз­лич­ных друг от дру­га, может суще­ство­вать лишь в отвле­че­нии от их дей­стви­тель­но­го нера­вен­ства, в све­де­нии их к тому обще­му харак­те­ру, кото­рым они обла­да­ют как затра­ты чело­ве­че­ской рабо­чей силы, абстракт­но-чело­ве­че­ско­го тру­да» (К., I, с. 32). Во фран­цуз­ском изда­нии Маркс в кон­це этой фра­зы заме­ня­ет точ­ку запя­той и при­бав­ля­ет: «и толь­ко обмен про­из­во­дит эту редук­цию, про­ти­во­по­став­ляя друг дру­гу на нача­лах равен­ства про­дук­ты самых раз­лич­ных видов тру­да» (стр. 29 франц. изд. 1875 г.). Встав­ка эта в выс­шей сте­пе­ни харак­тер­на и ярко пока­зы­ва­ет, как далек был Маркс от физио­ло­ги­че­ско­го пони­ма­ния абстракт­но­го тру­да. Как же нам эти выска­зы­ва­ния Марк­са, кото­рые мож­но насчи­тать десят­ка­ми, при­ми­рить с основ­ным поло­же­ни­ем, что сто­и­мость обра­зу­ет­ся в про­из­вод­стве?

При­ми­рить их не труд­но.

Дело в том, что при обсуж­де­нии вопро­са об отно­ше­нии меж­ду обме­ном и про­из­вод­ством недо­ста­точ­но отли­ча­ют два поня­тия обме­на. Мы долж­ны отли­чать обмен, как соци­аль­ную фор­му вос­про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са, от обме­на, как осо­бой фазы это­го вос­про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са, пере­ме­жа­ю­щей­ся с фазой непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства.

На пер­вый взгляд обмен кажет­ся нам отдель­ной фазой про­цес­са вос­про­из­вод­ства. Мы видим, что спер­ва идет про­цесс непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства, затем насту­па­ет фаза обме­на. Здесь обмен отде­лен от про­из­вод­ства и ему про­ти­во­по­став­лен. Но обмен есть не толь­ко отдель­ная фаза про­цес­са вос­про­из­вод­ства, он кла­дет свою спе­ци­фи­че­скую печать на весь вос­про­из­вод­ствен­ный про­цесс, он пред­став­ля­ет собой осо­бую соци­аль­ную фор­му обще­ствен­но­го про­цес­са про­из­вод­ства. Про­из­вод­ство, осно­ван­ное на част­ном обмене, —эти­ми сло­ва­ми Маркс часто харак­те­ри­зу­ет товар­ное хозяй­ство. С этой точ­ки зре­ния «обмен про­дук­тов как това­ров есть опре­де­лен­ная фор­ма обще­ствен­но­го тру­да или обще­ствен­но­го про­из­вод­ства» (Theorien, III, 1921, S. 153). Если при­нять во вни­ма­ние, что обмен есть соци­аль­ная фор­ма само­го про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са, фор­ма, кото­рая накла­ды­ва­ет печать на ход само­го про­цес­са про­из­вод­ства, то мно­гие выра­же­ния Марк­са ста­нут нам вполне понят­ны. Когда Маркс посто­ян­но повто­ря­ет, что абстракт­ный труд явля­ет­ся толь­ко резуль­та­том обме­на, это зна­чит, что он явля­ет­ся резуль­та­том дан­ной соци­аль­ной фор­мы про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са. Лишь по мере того, как про­цесс про­из­вод­ства при­ни­ма­ет соци­аль­ную фор­му про­из­вод­ства товар­но­го, т. е. осно­ван­но­го на обмене, труд при­ни­ма­ет фор­му абстракт­но­го тру­да, и про­дук­ты тру­да при­ни­ма­ют фор­му сто­и­мо­сти.

Итак, обмен есть преж­де все­го фор­ма про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са, или фор­ма обще­ствен­но­го тру­да. Как толь­ко обмен стал дей­стви­тель­но гос­под­ству­ю­щей фор­мой про­цес­са про­из­вод­ства, он кла­дет свою печать и на фазу непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства. Ина­че гово­ря, так как люди про­из­во­дят сего­дня не в пер­вый день, так как про­из­во­ди­тель про­из­во­дит после того, как он всту­пал в акты обме­на, и перед тем, как он всту­пил в после­ду­ю­щие акты обме­на, то и про­цесс непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства при­об­ре­та­ет опре­де­лен­ные соци­аль­ные при­зна­ки, соот­вет­ству­ю­щие орга­ни­за­ции товар­но­го хозяй­ства на нача­лах обме­на. Това­ро­про­из­во­ди­тель, хотя бы он нахо­дил­ся еще у себя в мастер­ской и в дан­ный момент не всту­пал в (обмен с дру­ги­ми чле­на­ми обще­ства, — уже чув­ству­ет на себе дав­ле­ние со сто­ро­ны всех тех лиц, кото­рые высту­па­ют на рын­ке в каче­стве его поку­па­те­лей, кон­ку­рен­тов, лиц, поку­па­ю­щих у его кон­ку­рен­тов, и т. д., в конеч­ном сче­те дав­ле­ние со сто­ро­ны всех чле­нов обще­ства. Эта хозяй­ствен­ная связь и про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния, кото­рые непо­сред­ствен­но реа­ли­зу­ют­ся в обмене, про­дол­жа­ют свое дей­ствие и по пре­кра­ще­нии дан­ных кон­крет­ных актов обме­на. Они накла­ды­ва­ют рез­кую соци­аль­ную печать и на инди­ви­да, и на его труд, и на про­дукт его тру­да. Уже в самом про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства про­из­во­ди­тель высту­па­ет в каче­стве това­ро­про­из­во­ди­те­ля, труд его при­об­ре­та­ет харак­тер абстракт­но­го тру­да, а про­дукт — харак­тер сто­и­мо­сти.

Здесь, одна­ко, необ­хо­ди­мо предо­сте­речь про­тив сле­ду­ю­щей ошиб­ки. Очень мно­гие дума­ют, что так как про­цесс непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства уже обла­да­ет опре­де­лен­ной соци­аль­ной харак­те­ри­сти­кой, зна­чит, и про­дук­ты тру­да и труд в фазе непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства отли­ча­ют­ся точь-в-точь теми же соци­аль­ны­ми при­зна­ка­ми, кото­ры­ми они отли­ча­ют­ся в фазе обме­на. Такое пред­по­ло­же­ние глу­бо­ко оши­боч­но, ибо, хотя обе фазы (фаза про­из­вод­ства и фаза обме­на) тес­но свя­за­ны друг с дру­гом, но, тем не менее, фаза про­из­вод­ства не ста­ла фазой обме­на. Меж­ду обе­и­ми фаза­ми не толь­ко име­ет­ся извест­ное сход­ство, но и сохра­ня­ет­ся извест­ное раз­ли­чие. Ина­че гово­ря, с одной сто­ро­ны, мы при­зна­ем, что с того момен­та, когда обмен ста­но­вит­ся гос­под­ству­ю­щей фор­мой обще­ствен­но­го тру­да и люди про­из­во­дят спе­ци­аль­но для обме­на, — уже в фазе непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства при­ни­ма­ет­ся во вни­ма­ние харак­тер про­дук­тов тру­да как сто­и­мо­стей. Но этот харак­тер про­дук­тов тру­да как сто­и­мо­стей еще не есть тот харак­тер, кото­рый они при­об­ре­тут тогда, когда они будут дей­стви­тель­но обме­не­ны на день­ги, когда их, по выра­же­нию Марк­са, «иде­аль­ная» сто­и­мость пре­вра­тит­ся в «реаль­ную», и соци­аль­ная фор­ма това­ра будет заме­не­на соци­аль­ной фор­мой денег.

То же самое отно­сит­ся и к тру­ду. Мы при­зна­ем, что това­ро­про­из­во­ди­те­ли в сво­их тру­до­вых актах уже в про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства при­ни­ма­ют во вни­ма­ние состо­я­ние рын­ка и спро­са и зара­нее про­из­во­дят исклю­чи­тель­но для того, что­бы пре­вра­тить свой про­дукт в день­ги, а тем самым свой част­ный и кон­крет­ный труд — в обще­ствен­ный и абстракт­ный труд. Но это вклю­че­ние тру­да отдель­но­го инди­ви­да в тру­до­вой меха­низм все­го обще­ства явля­ет­ся лишь пред­ва­ри­тель­ным и гада­тель­ным: оно под­ле­жит еще суро­вой про­вер­ке в про­цес­се обме­на, про­вер­ке, кото­рая для дан­но­го това­ро­про­из­во­ди­те­ля может дать поло­жи­тель­ный или отри­ца­тель­ный резуль­тат. Таким обра­зом, тру­до­вая дея­тель­ность това­ро­про­из­во­ди­те­лей в фазе про­из­вод­ства явля­ет­ся непо­сред­ствен­но част­ным и кон­крет­ным тру­дом и лишь посред­ствен­но, кос­вен­но или скры­то (latent), как выра­жа­ет­ся Маркс, явля­ет­ся тру­дом обще­ствен­ным.

Поэто­му, когда мы чита­ем Марк­са, в част­но­сти его выска­зы­ва­ния о том, как вли­я­ет обмен на сто­и­мость и на абстракт­ный труд, мы долж­ны все­гда ста­вить себе вопрос, что име­ет в виду в дан­ном слу­чае Маркс, — обмен как фор­му само­го про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са, или обмен как отдель­ную фазу, про­ти­во­сто­я­щую фазе про­из­вод­ства. Посколь­ку речь идет об обмене как о фор­ме про­из­вод­ствен­но­го про­цес­са, Маркс реши­тель­но заяв­ля­ет, что без обме­на не суще­ству­ет ни абстракт­но­го тру­да, ни сто­и­мо­сти, что лишь по мере раз­ви­тия обме­на труд при­об­ре­та­ет харак­тер абстракт­но­го тру­да. Там же, где речь идет об обмене как об отдель­ной фазе, про­ти­во­сто­я­щей про­из­вод­ству, там Маркс гово­рит, что труд и про­дукт тру­да еще до про­цес­са обме­на обла­да­ют опре­де­лен­ным соци­аль­ным харак­те­ром, но этот харак­тер дол­жен еще реа­ли­зо­вать­ся в про­цес­се обме­на. В про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства труд еще не явля­ет­ся абстракт­ным тру­дом в пол­ном смыс­ле сло­ва, он еще ста­но­вит­ся (werden) абстракт­ным тру­дом. И такие выра­же­ния мож­но най­ти в боль­шом коли­че­стве у Марк­са. При­ве­ду толь­ко две цита­ты из «Кри­ти­ки»: «На деле инди­ви­ду­аль­ные рабо­ты, пред­став­лен­ные в этих осо­бен­ных потре­би­тель­ных сто­и­мо­стях, ста­но­вят­ся (werden) все­об­щим и в этой фор­ме обще­ствен­ным тру­дом лишь тогда, когда они дей­стви­тель­но обме­ни­ва­ют­ся друг на дру­га про­пор­ци­о­наль­но про­дол­жи­тель­но­сти заклю­чен­но­го в них тру­да. Обще­ствен­ное рабо­чее вре­мя суще­ству­ет в этих това­рах, так ска­зать, лишь скры­то (latent) и про­яв­ля­ет­ся (offenbart sich) лишь в про­цес­се их обме­на» (Kritik, S. 24). В дру­гом месте Маркс пишет: «Това­ры про­ти­во­сто­ят теперь друг дру­гу как двой­ные суще­ство­ва­ния, реаль­но как потре­би­тель­ные сто­и­мо­сти, иде­аль­но как мено­вые сто­и­мо­сти. Они пред­став­ля­ют теперь друг для дру­га двой­ствен­ную фор­му содер­жа­ще­го­ся в них тру­да, так как осо­бен­ный реаль­ный труд дей­стви­тель­но суще­ству­ет как их потре­би­тель­ная сто­и­мость, меж­ду тем как все­об­щее абстракт­ное рабо­чее вре­мя полу­ча­ет в их цене мыс­лен­но пред­став­ля­е­мое суще­ство­ва­ние (vorgestelltes Dasein)» (там же, с. 32).

Маркс утвер­жда­ет, что товар и день­ги не теря­ют сво­их раз­ли­чий от того, что каж­дый товар дол­жен непре­мен­но пре­вра­тить­ся в день­ги; каж­дый из них есть реаль­но то, чем дру­гой явля­ет­ся иде­аль­но, и иде­аль­но то, чем дру­гой явля­ет­ся реаль­но. Все эти выра­же­ния Марк­са дока­зы­ва­ют, что мы не долж­ны в дан­ном пунк­те мыс­лить слиш­ком пря­мо­ли­ней­но. Мы не долж­ны думать, что раз уже в про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства това­ро­про­из­во­ди­те­ли кос­вен­но свя­за­ны друг с дру­гом про­из­вод­ствен­ны­ми отно­ше­ни­я­ми, то их про­дук­ты и их труд носят уже непо­сред­ствен­но обще­ствен­ный харак­тер. Дело обсто­ит не так. Труд това­ро­про­из­во­ди­те­ля явля­ет­ся непо­сред­ствен­но част­ным и кон­крет­ным, но он полу­ча­ет вме­сте с тем допол­ни­тель­ную, «иде­аль­ную» или «скры­тую» соци­аль­ную харак­те­ри­сти­ку в каче­стве тру­да абстракт­но-все­об­ще­го и обще­ствен­но­го. Маркс все­гда сме­ял­ся над уто­пи­ста­ми, кото­рые меч­та­ли об уни­что­же­нии денег и вери­ли в дог­мат, что «содер­жа­щий­ся в това­ре осо­бен­ный труд част­но­го инди­ви­да есть непо­сред­ствен­но обще­ствен­ный труд» (Kritik, S. 73).

Теперь мы долж­ны отве­тить на сле­ду­ю­щий вопрос: может ли абстракт­ный труд, рас­смат­ри­ва­е­мый нами как чисто «обще­ствен­ная суб­стан­ция», иметь коли­че­ствен­ную опре­де­лен­ность, т. е. опре­де­лен­ную вели­чи­ну? Оче­вид­но, что с точ­ки зре­ния марк­со­вой тео­рии абстракт­ный труд име­ет опре­де­лен­ную вели­чи­ну, и имен­но бла­го­да­ря это­му про­дукт тру­да не толь­ко при­об­ре­та­ет соци­аль­ную фор­му сто­и­мо­сти, но име­ет сто­и­мость опре­де­лен­ной вели­чи­ны. Что­бы понять воз­мож­ность коли­че­ствен­ной харак­те­ри­сти­ки абстракт­но­го тру­да, мы опять при­бег­нем к срав­не­нию его с тем соци­аль­но-урав­нен­ным тру­дом, кото­рый встре­ча­ет­ся в соци­а­ли­сти­че­ской общине. Пред­по­ло­жим, что орга­ны соци­а­ли­сти­че­ской общи­ны извест­ным обра­зом при­рав­ни­ва­ют друг к дру­гу труд раз­лич­ных видов и инди­ви­дов; напри­мер, день про­сто­го тру­да при­ни­ма­ет­ся за 1 еди­ни­цу, а день ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го тру­да за 3 еди­ни­цы; день тру­да искус­но­го работ­ни­ка А при­зна­ет­ся рав­ным двух­днев­но­му тру­ду неис­кус­но­го работ­ни­ка Б и т. п. На осно­ва­нии этих общих прин­ци­пов орга­ны обще­ствен­но­го уче­та при­зна­ют, что работ­ник А затра­тил в обще­ствен­ном про­цес­се про­из­вод­ства 20 еди­ниц тру­да, а работ­ник Б — 10 еди­ниц тру­да. Зна­чит ли это, что А дей­стви­тель­но рабо­тал вдвое более про­дол­жи­тель­ное вре­мя, чем Б? Нико­им обра­зом; еще менее озна­ча­ет этот рас­чет, что А затра­тил вдвое боль­шее коли­че­ство физио­ло­ги­че­ской энер­гии, чем Б. Воз­мож­но, что с точ­ки зре­ния фак­ти­че­ской про­дол­жи­тель­но­сти их работ А и Б про­ра­бо­та­ли оди­на­ко­вое чис­ло часов. Воз­мож­но далее, что с точ­ки зре­ния коли­че­ства физио­ло­ги­че­ской энер­гии, затра­чен­ной в про­цес­се тру­да, А затра­тил менее энер­гии, чем Б. И тем не менее коли­че­ство «обще­ствен­но­го тру­да», при­хо­дя­ще­е­ся на долю А, боль­ше, чем коли­че­ство, при­хо­дя­ще­е­ся на долю Б. Этот труд пред­став­ля­ет собой чисто «обще­ствен­ную суб­стан­цию», еди­ни­цы это­го тру­да пред­став­ля­ют собой еди­ни­цы одно­род­ной мас­сы обще­ствен­но­го тру­да, учтен­но­го и урав­нен­но­го обще­ствен­ны­ми орга­на­ми. И вме­сте с тем этот обще­ствен­ный труд име­ет вполне опре­де­лен­ную вели­чи­ну, но — и это­го не сле­ду­ет забы­вать — вели­чи­ну чисто обще­ствен­но­го харак­те­ра. Те 20 еди­ниц тру­да, кото­рые при­хо­дят­ся на долю работ­ни­ка А, пред­став­ля­ют собой не чис­ло фак­ти­че­ски про­ра­бо­тан­ных часов и не сум­му фак­ти­че­ски затра­чен­ной физио­ло­ги­че­ской энер­гии, а чис­ло еди­ниц обще­ствен­но­го тру­да, т. е. обще­ствен­ную вели­чи­ну. Имен­но тако­го рода обще­ствен­ную вели­чи­ну пред­став­ля­ет собой и абстракт­ный труд, выпол­ня­ю­щий в сти­хий­ном товар­ном хозяй­стве ту роль, кото­рую опи­сан­ный соци­аль­но-урав­нен­ный труд выпол­ня­ет в созна­тель­но орга­ни­зо­ван­ном соци­а­ли­сти­че­ском хозяй­стве. Поэто­му Маркс посто­ян­но напо­ми­на­ет нам, что абстракт­ный труд пред­став­ля­ет собой «обще­ствен­ную суб­стан­цию», а вели­чи­на его — «обще­ствен­ную вели­чи­ну».

Толь­ко при изло­жен­ном социо­ло­ги­че­ском пони­ма­нии абстракт­но­го тру­да ста­но­вит­ся понят­ным цен­траль­ное поло­же­ние Марк­са о том, что абстракт­ный труд «обра­зу­ет» сто­и­мость или нахо­дит свое выра­же­ние в фор­ме сто­и­мо­сти. Физио­ло­ги­че­ское пони­ма­ние абстракт­но­го тру­да лег­ко мог­ло при­ве­сти к нату­ра­ли­сти­че­ско­му пони­ма­нию сто­и­мо­сти, — пони­ма­нию, рез­ко про­ти­во­ре­ча­ще­му тео­рии Марк­са. По уче­нию Марк­са, и абстракт­ный труд и сто­и­мость отли­ча­ют­ся чисто обще­ствен­ной при­ро­дой и пред­став­ля­ют чисто обще­ствен­ные вели­чи­ны. Абстракт­ный труд озна­ча­ет «обще­ствен­ное опре­де­ле­ние тру­да», а сто­и­мость — обще­ствен­ное свой­ство про­дук­та тру­да. Не труд в его мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ском или физио­ло­ги­че­ском каче­стве, а лишь абстракт­ный труд, пред­по­ла­га­ю­щий опре­де­лен­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей, обра­зу­ет сто­и­мость[24]. Отно­ше­ние меж­ду абстракт­ным тру­дом и сто­и­мо­стью не долж­но быть мыс­ли­мо, как отно­ше­ние меж­ду физи­че­ской при­чи­ной и физи­че­ским след­стви­ем. Сто­и­мость есть вещ­ное выра­же­ние обще­ствен­но­го тру­да в той спе­ци­фи­че­ской фор­ме, кото­рую он име­ет в товар­ном хозяй­стве, т. е. абстракт­но­го тру­да. Это и зна­чит, что сто­и­мость есть «застыв­ший» труд, «про­стой сгу­сток без­раз­лич­но­го чело­ве­че­ско­го тру­да», «кри­стал­лы обще­ствен­ной суб­стан­ции» — тру­да (К., I, с. 4). Эти выра­же­ния, за кото­рые Маркс под­вер­гал­ся столь­ким напад­кам и обви­не­ни­ям в «нату­ра­ли­сти­че­ском» постро­е­нии тео­рии сто­и­мо­сти, могут быть пра­виль­но поня­ты толь­ко при сопо­став­ле­нии их с «уче­ни­ем Марк­са о товар­ном фети­шиз­ме и «ове­ществ­ле­нии» обще­ствен­ных отно­ше­ний. Обще­ствен­ные про­из­вод­ствен­ные отно­ше­ния людей выра­жа­ют­ся в вещ­ной фор­ме, — тако­во пер­вое поло­же­ние Марк­са. Отсю­да сле­ду­ет, что обще­ствен­ный (а имен­но абстракт­ный) труд выра­жа­ет­ся в фор­ме сто­и­мо­сти. Поэто­му сто­и­мость есть «ове­ществ­лен­ный», «мате­ри­а­ли­зо­ван­ный» труд и одно­вре­мен­но с этим выра­же­ние про­из­вод­ствен­ных отно­ше­ний людей. Эти два опре­де­ле­ния сто­и­мо­сти про­ти­во­ре­чат друг дру­гу, посколь­ку речь идет о тру­де физио­ло­ги­че­ском; но они пре­крас­но допол­ня­ют друг дру­га, посколь­ку речь идет о тру­де обще­ствен­ном. И абстракт­ный труд, и сто­и­мость име­ют обще­ствен­ную, а не мате­ри­аль­но-тех­ни­че­скую или физио­ло­ги­че­скую при­ро­ду. Сто­и­мость есть обще­ствен­ное свой­ство (или соци­аль­ная фор­ма) про­дук­та тру­да, как и абстракт­ный труд есть «обще­ствен­ная суб­стан­ция», лежа­щая в осно­ве этой сто­и­мо­сти. И тем не менее абстракт­ный труд, подоб­но обра­зу­е­мой им сто­и­мо­сти, име­ет не толь­ко каче­ствен­ную, но и коли­че­ствен­ную сто­ро­ну, име­ет опре­де­лен­ную вели­чи­ну, как и тот обще­ствен­ный труд, кото­рый учи­ты­ва­ет­ся орга­на­ми соци­а­ли­сти­че­ской общи­ны.

Что­бы закон­чить с вопро­сом о коли­че­ствен­ном опре­де­ле­нии абстракт­но­го тру­да, мы долж­ны выяс­нить одно могу­щее воз­ник­нуть недо­ра­зу­ме­ние. На пер­вый взгляд может пока­зать­ся, что если абстракт­ный труд явля­ет­ся резуль­та­том соци­аль­но­го урав­не­ния тру­да через урав­не­ние про­дук­тов тру­да, то един­ствен­ным кри­те­ри­ем равен­ства или нера­вен­ства двух тру­до­вых затрат слу­жит факт урав­не­ния (или нера­вен­ства их) в про­цес­се обме­на. С этой точ­ки зре­ния мы не можем гово­рить о равен­стве (или нера­вен­стве) двух тру­до­вых затрат до момен­та соци­аль­но­го урав­не­ния их через посред­ство про­цес­са обме­на. С дру­гой сто­ро­ны, если в про­цес­се обме­на эти тру­до­вые затра­ты соци­аль­но урав­не­ны, мы обя­за­ны счи­тать их рав­ны­ми, хотя бы в непо­сред­ствен­ном про­цес­се про­из­вод­ства, напри­мер, по чис­лу часов тру­да, они не были рав­ны.

Такое пред­по­ло­же­ние при­во­дит к лож­ным выво­дам. Оно лиша­ет нас пра­ва ска­зать, что в про­цес­се обме­на соци­аль­но-урав­ни­ва­ют­ся иной раз раз­ные коли­че­ства тру­да, иной раз весь­ма нерав­ные (напри­мер, при обмене про­дук­тов тру­да ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го на про­дук­ты про­сто­го тру­да или при обмене това­ров в капи­та­ли­сти­че­ском хозяй­стве по их ценам про­из­вод­ства и т. п.). Мы вынуж­де­ны были бы при­знать, что соци­аль­ное урав­не­ние тру­да в про­цес­се обме­на про­ис­хо­дит вне вся­кой зави­си­мо­сти от коли­че­ствен­ных момен­тов, харак­те­ри­зу­ю­щих труд в про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства (напри­мер, от его про­дол­жи­тель­но­сти, интен­сив­но­сти, про­дол­жи­тель­но­сти под­го­тов­ки к дан­но­му ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­му тру­ду и т. д.), и, сле­до­ва­тель­но, лише­но вся­кой зако­но­мер­но­сти, будучи опре­де­ля­е­мо исклю­чи­тель­но сти­хи­ей рын­ка.

Лег­ко дока­зать, что раз­ви­тое выше уче­ние об абстракт­ном тру­де не име­ет ниче­го обще­го с ука­зан­ным лож­ным пред­по­ло­же­ни­ем. Вер­нем­ся к при­ме­ру с соци­а­ли­сти­че­ской общи­ной. Орга­ны соци­а­ли­сти­че­ской общи­ны при­зна­ли за работ­ни­ком А пра­во на 20 часов обще­ствен­но­го тру­да, а за работ­ни­ком Б — пра­во на 10 часов того же гру­да. Эти рас­че­ты были сде­ла­ны ука­зан­ны­ми орга­на­ми соци­а­ли­сти­че­ской общи­ны на осно­ва­нии при­зна­ков, харак­те­ри­зу­ю­щих труд в мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ском про­цес­се про­из­вод­ства (напри­мер, его про­дол­жи­тель­но­сти, интен­сив­но­сти, коли­че­ства изго­тов­лен­ных про­дук­тов и т. п.) Если бы орга­ны соци­а­ли­сти­че­ской общи­ны при опре­де­ле­нии коли­че­ства при­хо­дя­ще­го­ся на долю каж­до­го работ­ни­ка обще­ствен­но­го тру­да при­ни­ма­ли за един­ствен­ный и реша­ю­щий кри­те­рий коли­че­ство затра­чи­ва­е­мой работ­ни­ком физио­ло­ги­че­ской энер­гии (мы дела­ем пред­по­ло­же­ние, что это коли­че­ство мож­но было бы опре­де­лить при помо­щи пси­хо­фи­зио­ло­ги­че­ских иссле­до­ва­ний), — мы ска­за­ли бы, что осно­вой соци­аль­но­го урав­не­ния тру­да слу­жат при­зна­ки, харак­те­ри­зу­ю­щие труд с его физио­ло­ги­че­ской, а не мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской сто­ро­ны. Но это не изме­ни­ло бы дела. В обо­их слу­ча­ях мы мог­ли бы ска­зать, что акт соци­аль­но­го урав­не­ния двух тру­до­вых затрат про­из­во­дит­ся на осно­ва­нии при­зна­ков, лежа­щих вне само­го это­го акта. Но отсю­да нико­им обра­зом не сле­ду­ет, что соци­аль­ное равен­ство двух тру­до­вых затрат, сде­лан­ное на осно­ва­нии их физио­ло­ги­че­ско­го равен­ства, тож­де­ствен­но с этим послед­ним. Даже при том пред­по­ло­же­нии, что дан­ное чис­ло­вое выра­же­ние двух коли­честв обще­ствен­но­го тру­да (20 часов и 10 часов обще­ствен­но­го тру­да) в точ­но­сти сов­па­да­ет с чис­ло­вым выра­же­ни­ем двух коли­честв физио­ло­ги­че­ской энер­гии (20 еди­ниц и 10 еди­ниц физио­ло­ги­че­ской энер­гии), оста­ет­ся корен­ное раз­ли­чие при­ро­ды обще­ствен­но­го тру­да и затра­ты физио­ло­ги­че­ской энер­гии, соци­аль­но­го урав­не­ния тру­да и его физио­ло­ги­че­ско­го равен­ства. Тем более вер­но это в тех слу­ча­ях, когда соци­аль­ное урав­не­ние тру­да регу­ли­ру­ет­ся не одним, а целым рядом при­зна­ков, харак­те­ри­зу­ю­щих труд с его мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской или физио­ло­ги­че­ской сто­ро­ны. В этом слу­чае не толь­ко обще­ствен­но-рав­ный труд каче­ствен­но отли­ча­ет­ся от физио­ло­ги­че­ски-рав­но­го тру­да, но и коли­че­ствен­ная опре­де­лен­ность пер­во­го может быть поня­та нами толь­ко как резуль­тат про­цес­са соци­аль­но­го урав­не­ния тру­да. И каче­ствен­ная, и коли­че­ствен­ная харак­те­ри­сти­ка обще­ствен­но­го тру­да не может быть поня­та нами без иссле­до­ва­ния соци­аль­ной фор­мы про­цес­са про­из­вод­ства, в кото­ром соци­аль­ное урав­не­ние тру­да про­ис­хо­дит.

Имен­но такое поло­же­ние дел мы встре­ча­ем в товар­ном хозяй­стве. Равен­ство двух коли­честв абстракт­но­го тру­да озна­ча­ет равен­ство их как долей сово­куп­но­го обще­ствен­но­го тру­да, — равен­ство, уста­нав­ли­ва­ю­ще­е­ся толь­ко в про­цес­се соци­аль­но­го урав­не­ния тру­да через посред­ство урав­не­ния про­дук­тов тру­да. Поэто­му мы и утвер­жда­ем, что в товар­ном хозяй­стве обще­ствен­ное равен­ство двух тру­до­вых затрат или равен­ство их в каче­стве абстракт­но­го тру­да уста­нав­ли­ва­ет­ся не ина­че, как посред­ством про­цес­са обме­на. Но это не меша­ет нам до про­цес­са обме­на и неза­ви­си­мо от него кон­ста­ти­ро­вать ряд коли­че­ствен­ных при­зна­ков, отли­ча­ю­щих труд с мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской и физио­ло­ги­че­ской сто­ро­ны и ока­зы­ва­ю­щих при­чин­ное вли­я­ние на коли­че­ствен­ную опре­де­лен­ность абстракт­но­го тру­да. Важ­ней­ши­ми из этих при­зна­ков явля­ют­ся: 1) про­дол­жи­тель­ность тру­до­вой затра­ты, или коли­че­ство рабо­че­го вре­ме­ни; 2) интен­сив­ность тру­да; 3) ква­ли­фи­ци­ро­ван­ный харак­тер тру­да и 4) коли­че­ство про­дук­тов, про­из­ве­ден­ных в еди­ни­цу вре­ме­ни. Оста­но­вим­ся вкрат­це на каж­дом из этих при­зна­ков.

Основ­ным при­зна­ком, харак­те­ри­зу­ю­щим коли­че­ствен­ную опре­де­лен­ность тру­да, Маркс при­зна­ет коли­че­ство рабо­че­го вре­ме­ни, затра­чен­но­го рабо­чим. Этот при­ем коли­че­ствен­но­го опре­де­ле­ния тру­да по вели­чине рабо­че­го вре­ме­ни в выс­шей сте­пе­ни харак­те­рен для социо­ло­ги­че­ско­го мето­да Марк­са. Если бы речь шла о коли­че­ствен­ном опре­де­ле­нии тру­да в пси­хо­ло­ги­че­ской лабо­ра­то­рии, за еди­ни­цу тру­да сле­до­ва­ло бы при­нять извест­ную сум­му затра­чен­ной физио­ло­ги­че­ской энер­гии. Но когда речь идет о рас­пре­де­ле­нии сово­куп­но­го обще­ствен­но­го тру­да меж­ду отдель­ны­ми лица­ми и отрас­ля­ми про­из­вод­ства, — рас­пре­де­ле­нии, про­ис­хо­дя­щем созна­тель­но в соци­а­ли­сти­че­ской общине и сти­хий­но в товар­ном хозяй­стве, — раз­лич­ные коли­че­ства тру­да высту­па­ют как раз­лич­ные коли­че­ства рабо­че­го вре­ме­ни. Маркс поэто­му неред­ко даже заме­ня­ет труд рабо­чим вре­ме­нем и рас­смат­ри­ва­ет послед­нее как суб­стан­цию, ове­ществ­лен­ную в про­дук­те (Kritik, S. 5, 8).

Итак, основ­ной мерой тру­да Маркс при­зна­ет рабо­чее вре­мя или «экс­тен­сив­ную вели­чи­ну тру­да» (К., I, с. 403). Наря­ду с этим при­зна­ком, в каче­стве доба­воч­но­го и вто­ро­сте­пен­но­го, Маркс ста­вит интен­сив­ность тру­да или «интен­сив­ную вели­чи­ну тру­да», т. е. «коли­че­ство тру­да, кото­рое затра­чи­ва­ет­ся в тече­ние дан­но­го вре­ме­ни» (там же). 1 час тру­да боль­шей интен­сив­но­сти при­зна­ет­ся рав­ным, напри­мер, 1½ часам тру­да нор­маль­ной интен­сив­но­сти. Ина­че гово­ря, более интен­сив­ный труд при­зна­ет­ся рав­ным более про­дол­жи­тель­но­му тру­ду, интен­сив­ность пере­во­дит­ся в еди­ни­цы рабо­че­го вре­ме­ни, или интен­сив­ная вели­чи­на учи­ты­ва­ет­ся как экс­тен­сив­ная вели­чи­на. Уже это све­де­ние интен­сив­но­сти тру­да к рабо­че­му вре­ме­ни ярко сви­де­тель­ству­ет о том, в какой мере при­зна­ки, харак­те­ри­зу­ю­щие труд с его физио­ло­ги­че­ской сто­ро­ны, под­чи­ня­ют­ся Марк­сом при­зна­кам соци­аль­но­го харак­те­ра, кото­рые игра­ют реша­ю­щую роль в соци­аль­ном: про­цес­се рас­пре­де­ле­ния гру­да.

Еще более ярко обна­ру­жи­ва­ет­ся под­чи­нен­ная роль интен­сив­но­сти тру­да по отно­ше­нию к рабо­че­му вре­ме­ни в сле­ду­ю­щем рас­суж­де­нии Марк­са. По мне­нию Марк­са, при­знак интен­сив­но­сти тру­да при­ни­ма­ет­ся во вни­ма­ние при опре­де­ле­нии коли­че­ства абстракт­но­го тру­да лишь в том слу­чае, когда дан­ная тру­до­вая затра­та отли­ча­ет­ся боль­шей или мень­шей интен­сив­но­стью по срав­не­нию с сред­ним уров­нем. Но «если бы интен­сив­ность тру­да под­ня­лась во всех отрас­лях про­мыш­лен­но­сти одно­вре­мен­но и рав­но­мер­но, то новая повы­шен­ная сте­пень интен­сив­но­сти ста­ла бы обыч­ным обще­ствен­но-нор­маль­ным уров­нем и сле­до­ва­тель­но уже не учи­ты­ва­лась бы более как экс­тен­сив­ная вели­чи­на» (К., I, стр. 408)[25]. Ина­че гово­ря, если в насто­я­щее вре­мя, как и пять­де­сят лет тому назад, в (дай­ной стране на про­из­вод­ство затра­чи­ва­ет­ся еже­днев­но 1 мил­ли­он рабо­чих дней (по 8 часов каж­дый), то сум­ма еже­днев­но созда­ва­е­мых сто­и­мо­стей оста­ет­ся без изме­не­ния, хотя бы сред­няя интен­сив­ность тру­да за истек­шее полу­сто­ле­тие повы­си­лась, напри­мер, в 1½ раза и, сле­до­ва­тель­но, уве­ли­чи­лось коли­че­ство затра­чи­ва­е­мой физио­ло­ги­че­ской энер­гии. Это рас­суж­де­ние Марк­са дока­зы­ва­ет, что не толь­ко недо­пу­сти­мо сме­ши­вать физио­ло­ги­че­ский труд с абстракт­ным, но что коли­че­ство физио­ло­ги­че­ской энер­гии не сле­ду­ет при­ни­мать за тот основ­ной коли­че­ствен­ный при­знак, кото­рый опре­де­ля­ет коли­че­ство абстракт­но­го тру­да и вели­чи­ну созда­ва­е­мой сто­и­мо­сти. Мерой тру­да Маркс счи­та­ет рабо­чее вре­мя, a интен­сив­но­сти тру­да отво­дит­ся лишь доба­воч­ная и под­чи­нен­ная роль.

Про­бле­ме ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го тру­да мы посвя­ща­ем сле­ду­ю­щую гла­ву. Здесь отме­тим лишь, что Маркс, вер­ный сво­е­му обще­му поло­же­нию о рабо­чем вре­ме­ни как мере тру­да, сво­дит день ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го тру­да к опре­де­лен­но­му чис­лу дней про­сто­го тру­да, т. е. опять-таки к рабо­че­му вре­ме­ни.

До сих пор мы име­ли в виду урав­не­ние коли­честв тру­да, затра­чи­ва­е­мых в раз­лич­ных отрас­лях про­из­вод­ства. Посколь­ку же речь идет о раз­лич­ных тру­до­вых затра­тах в одной и той же отрас­ли про­из­вод­ства (точ­нее гово­ря, затра­чен­ных на про­из­вод­ство про­дук­тов того же само­го рода и каче­ства), урав­не­ние их под­чи­ня­ет­ся сле­ду­ю­ще­му прин­ци­пу: рав­ны­ми при­зна­ют­ся две тру­до­вые затра­ты, посколь­ку при их помо­щи созда­ны оди­на­ко­вые коли­че­ства дан­но­го про­дук­та, — хотя бы фак­ти­че­ски эти тру­до­вые затра­ты весь­ма отли­ча­лись одна от дру­гой по про­дол­жи­тель­но­сти рабо­че­го вре­ме­ни, интен­сив­но­сти и т. п. День тру­да работ­ни­ка более уме­ло­го или рабо­та­ю­ще­го при помо­щи луч­ших средств про­из­вод­ства соци­аль­но-урав­ни­ва­ет­ся с дву­мя дня­ми тру­да работ­ни­ка менее уме­ло­го или рабо­та­ю­ще­го с помо­щью пло­хих средств про­из­вод­ства, хотя бы коли­че­ство затра­чен­ной физио­ло­ги­че­ской энер­гии в пер­вом слу­чае было гораз­до мень­ше, чем в послед­нем. И здесь реша­ю­щим при­зна­ком, опре­де­ля­ю­щим коли­че­ствен­ную харак­те­ри­сти­ку тру­да как абстракт­но­го и обще­ствен­но-необ­хо­ди­мо­го, явля­ет­ся отнюдь не сум­ма затра­чен­ной физио­ло­ги­че­ской энер­гии. И здесь Маркс сво­дит труд работ­ни­ка, отли­ча­ю­ще­го­ся осо­бой уме­ло­стью или луч­ши­ми сред­ства­ми про­из­вод­ства, к обще­ствен­но-необ­хо­ди­мо­му рабо­че­му вре­ме­ни, т. е. при­рав­ни­ва­ет его опре­де­лен­но­му коли­че­ству рабо­че­го вре­ме­ни.

Как видим, коли­че­ствен­ная харак­те­ри­сти­ка абстракт­но­го тру­да при­чин­но обу­слов­ле­на рядом при­зна­ков, отли­ча­ю­щих труд с его мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской и физио­ло­ги­че­ской сто­рон в про­цес­се непо­сред­ствен­но­го про­из­вод­ства, до про­цес­са обме­на и неза­ви­си­мо от него. Но, хотя дан­ные две тру­до­вые затра­ты неза­ви­си­мо от про­цес­са обме­на отли­ча­ют­ся извест­ной про­дол­жи­тель­но­стью, интен­сив­но­стью, сте­пе­нью ква­ли­фи­ка­ции и тех­ни­че­ской про­из­во­ди­тель­но­сти, соци­аль­ное урав­не­ние этих тру­до­вых затрат про­ис­хо­дит в товар­ном хозяй­стве толь­ко через посред­ство про­цес­са обме­на; а вме­сте с этим соци­аль­но-урав­нен­ный или абстракт­ный труд каче­ствен­но и коли­че­ствен­но отли­ча­ет­ся от тру­да, рас­смат­ри­ва­е­мо­го с мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ской или физио­ло­ги­че­ской сто­рон.

Примечания

[1] Briefwechsel von Marx und Engels, В. Ill, пись­мо от 24 авгу­ста 1867 года. См. Пись­ма Марк­са и Энгель­са, русск. изд. 1923 г., стр. 168.

[2] Курс поли­ти­че­ской эко­но­мии, т. II, в. IV, стр. 18.

[3] Sozialwissenschaftliche Erläuterungen zu Ricardo, В. I, 1921, S. 102 — 104.

[4] Каут­ский, Эко­но­ми­че­ское уче­ние Марк­са, Ленин­град 1918, стр. 12.

[5] Gerlach, Über die Bedingungen wirtschaftlicher Thätigkeit, 1890, S. 18.

[6] Напри­мер, Диль, Sozial-wissenschaftliche Erläuterungen zu Ricardo, 1921, Т, I, S. 104.

[7] Бух, Интен­сив­ность тру­да, сто­и­мость, цен­ность и цена това­ров, 1896, стр. 149.

[8] Реtry, Der soziale Gehalt der Marxschen Werttheorie, 1916, S, 23 — 24. Есть рус­ский пере­вод: Пет­ри, Соци­аль­ное содер­жа­ние тео­рии цен­но­сти Марк­са, 1928.

[9] Пре­вос­ход­ный раз­бор и кри­ти­ку книж­ки Пет­ри чита­тель най­дет в ста­тье о ней р. Гиль­фер­дин­га, напе­ча­тан­ной в «Grünberg’s ArchIV für die Geschichte des Socialismus und der Arbeiterbewegung» за 1919 год, стр. 439 — 448. См. так­же нашу рабо­ту «Совре­мен­ные эко­но­ми­сты на Запа­де» (1927).

[10] Тео­рия цен­но­сти и при­бы­ли Марк­са перед судом фети­ши­ста, «Науч­ное обо­зре­ние», 1898, № 8, стр. 1393.

[11] См, в кон­це кни­ги при­ло­же­ние: «Ответ кри­ти­кам».

[12] Цити­рую по немец­ко­му под­лин­ни­ку: Маrх, Lohn, Preis und Profit (по изда­нию Diehl u. Mombert. Ansgewählte Lesestücke, V, Abt. II, S. 94). В рус­ских пере­во­дах не все­гда доста­точ­но ясно пере­да­ет­ся харак­тер­ное для Марк­са сопо­став­ле­ние обще­ствен­ной функ­ции с обще­ствен­ной суб­стан­ци­ей.

[13] «Лишь для дан­ной осо­бен­ной фор­мы про­из­вод­ства — для товар­но­го про­из­вод­ства, — спра­вед­ли­во, что спе­ци­фи­че­ски обще­ствен­ный харак­тер неза­ви­си­мых друг от дру­га част­ных работ состо­ит в их равен­стве как чело­ве­че­ско­го тру­да вооб­ще, и что он при­ни­ма­ет фор­му сто­и­мо­сти про­дук­тов тру­да» (К., I, с. 42).

[14] При­бли­зи­тель­но подоб­ные рас­суж­де­ния мож­но встре­тить у И. Даш­ков­ско­го в ста­тье «Абстракт­ный труд и эко­но­ми­че­ские кате­го­рии Марк­са» («Под зна­ме­нем марк­сиз­ма», 1926, № 6). Наря­ду с этим Даш­ков­ский сме­ши­ва­ет абстракт­ный труд с физио­ло­ги­че­ским. См. ниже при­ло­же­ние «Ответ кри­ти­кам».

[15] «Итак, уста­нов­лен­ное уже рань­ше посред­ством ана­ли­за това­ра раз­ли­чие меж­ду тру­дом, посколь­ку он созда­ет потре­би­тель­ную сто­и­мость, и тем же самым тру­дом, посколь­ку он созда­ет сто­и­мость, теперь высту­па­ет как раз­ли­чие меж­ду раз­лич­ны­ми сто­ро­на­ми про­цес­са про­из­вод­ства» (К. I, с. 135), т. е. меж­ду про­цес­сом про­из­вод­ства с тех­ни­че­ской сто­ро­ны и его обще­ствен­ной фор­мой. Ср. Реtrу, Der soziale Gehalt der Marxschen Werttheorie, 1916, S. 22.

[16] У Марк­са ска­за­но: «осо­бен­ный» (Besonderheit), т. е. кон­крет­ный харак­тер тру­да (Kritik, S. 9). Пере­вод­чи­ки неред­ко вно­сят пута­ни­цу, пере­во­дя сло­вом «част­ный» как тер­мин «private», так и тер­мин «besondere» (т. е. осо­бен­ный или кон­крет­ный).

[17] «Все­об­щим», как мы уже отме­ча­ли, Маркс назы­ва­ет в «Кри­ти­ке поли­ти­че­ской эко­но­мии» труд абстракт­ный.

[18] — без ого­во­рок.

[19] Marx, Einleitung zur Kritik der politischen Ökonomie, русск. пере­вод в цити­ро­ван­ном сбор­ни­ке «Основ­ные про­бле­мы поли­ти­че­ской эко­но­мии», стр. 29. См. ниже, при­ло­же­ние «Ответ кри­ти­кам» (а имен­но § 2 отве­та наше­го И. Даш­ков­ско­му).

[20] Ср. выше, в гла­ве 12‑й, цита­ты, в кото­рых Маркс при­зна­ет суб­стан­ци­ей сто­и­мо­сти соци­аль­но-урав­нен­ный труд.

[21] В пер­вом изда­нии «Капи­та­ла» Маркс резю­ми­ру­ет раз­ни­цу меж­ду тру­дом кон­крет­ным и абстракт­ным сле­ду­ю­щим обра­зом: «Из изло­жен­но­го сле­ду­ет, что в това­ре име­ют­ся не два раз­лич­ных вида тру­да, но один и тот же труд опре­де­ля­ет­ся раз­лич­ным и даже про­ти­во­по­лож­ным обра­зом в зави­си­мо­сти от того, отно­сит­ся ли он к потре­би­тель­ной сто­и­мо­сти това­ра как к сво­е­му про­дук­ту или к товар­ной сто­и­мо­сти, как к сво­е­му вещ­но­му выра­же­нию» (Kapital, I, 1967, S. 13). Сто­и­мость не про­дукт тру­да, а вещ­ное, фети­ши­зи­ро­ван­ное выра­же­ние тру­до­вой дея­тель­но­сти людей. К сожа­ле­нию, во вто­ром изда­нии Маркс заме­нил это резю­ме, под­чер­ки­ва­ю­щее обще­ствен­ный харак­тер абстракт­но­го тру­да, извест­ной заклю­чи­тель­ной фра­зой вто­ро­го раз­де­ла пер­вой гла­вы, кото­рая дала мно­гим ком­мен­та­то­рам повод пони­мать абстракт­ный труд в смыс­ле физио­ло­ги­че­ском: «Вся­кий труд ость, с одной сто­ро­ны, затра­та чело­ве­че­ской рабо­чей силы в физио­ло­ги­че­ском смыс­ле сло­ва» и т. д. (К., 1, с. 10). По-види­мо­му, сам Маркс созна­вал недо­ста­точ­ность этой пред­ва­ри­тель­ной харак­те­ри­сти­ки абстракт­но­го тру­да, дан­ной им во вто­ром изда­нии «Капи­та­ла». Ярким дока­за­тель­ством это­го слу­жит тот факт, что во фран­цуз­ском изда­нии I тома «Капи­та­ла» (1875 г.) Маркс счел необ­хо­ди­мым допол­нить эту харак­те­ри­сти­ку: здесь на стр. 18 Маркс дает рядом оба опре­де­ле­ния абстракт­но­го тру­да; спер­ва он повто­ря­ет цити­ро­ван­ное выше опре­де­ле­ние из 1‑го изда­ния «Капи­та­ла», после кото­ро­го сле­ду­ет опре­де­ле­ние из 2‑го изда­ния. Не сле­ду­ет забы­вать, что в виде обще­го пра­ви­ла Маркс во фран­цуз­ском изда­нии «Капи­та­ла» зна­чи­тель­но упро­щал и места­ми сокра­щал изло­же­ние. В дан­ном же пунк­те он счел нуж­ным допол­нить и услож­нить харак­те­ри­сти­ку абстракт­но­го тру­да, при­зна­вая, по-види­мо­му, опре­де­ле­ние его во 2‑м изда­нии недо­ста­точ­но пол­ным.

[22] См. ниже при­ло­же­ние «Ответ кри­ти­кам».

[23] — во всех отно­ше­ни­ях.

[24] Поэто­му неправ Штольц­ман, кото­рый пишет: «Если зна­че­ние и харак­тер всех дру­гих эко­но­ми­че­ских явле­ний выте­ка­ют из их «обще­ствен­ной функ­ции», поче­му это не отно­сит­ся и к тру­ду, поче­му и труд не нахо­дит сво­е­го харак­те­ра в сво­ей обще­ствен­ной функ­ции, т. е. функ­ции при­над­ле­жа­щей ему внут­ри под­ле­жа­ще­го объ­яс­не­нию тепе­реш­не­го хозяй­ствен­но­го строя» (Stolzmann, Der Zweckin der Volkswirtschaft, 1909, S. 533). На самом деле труд, обра­зу­ю­щий сто­и­мость, рас­смат­ри­ва­ет­ся Марк­сом не как тех­ни­че­ский фак­тор про­из­вод­ства, а с точ­ки зре­ния обще­ствен­ной фор­мы его орга­ни­за­ции. Но по Марк­су эта обще­ствен­ная фор­ма, тру­да не висит в без­воз­душ­ном про­стран­стве: она тес­но свя­за­на с мате­ри­аль­ным про­цес­сом про­из­вод­ства. Толь­ко при пол­ном непо­ни­ма­нии соци­аль­ной фор­мы тру­да в марк­со­вой систе­ме мож­но утвер­ждать, что «труд для Марк­са — про­сто тех­ни­че­ский фак­тор про­из­вод­ства» (с. Про­ко­по­вич, К кри­ти­ке Марк­са, 1901, стр. 16), или усмат­ри­вать фун­да­мен­таль­ную ошиб­ку Марк­са в том, что при объ­яс­не­нии сто­и­мо­сти тру­дов он игно­ри­ру­ет «раз­лич­ную оцен­ку раз­лич­ных видов тру­да» как фак­то­ра про­из­вод­ства (G. Сassel, Grundriss einer elementaren Preislehre, «Zeitschrift für die gesamte Staatswissenscbaft», 1899, H. 3, S. 447). В игно­ри­ро­ва­нии Марк­сом «каче­ства тру­да» усмат­ри­ва­ет его ошиб­ку и Мар­шалл (Marshall, Principles of economich, 1910. p. 503). Вопрос заклю­ча­ет­ся в том, инте­ре­су­ют ли нас соци­аль­ные или тех­ни­че­ские каче­ства тру­да. Марк­са инте­ре­су­ет соци­аль­ная фор­ма или соци­аль­ное каче­ство тру­да в товар­ном хозяй­стве, выра­жа­ю­ще­е­ся в акте отвле­че­ния от тех­ни­че­ских качеств раз­ных видов тру­да.

[25] Еще рез­че выра­же­на Марк­сом та же мысль в «Theorien über Mehrwert», III, S. 365 — 366: «Если бы эта интен­си­фи­ка­ция тру­да ста­ла все­об­щей, сто­и­мость това­ра долж­на была бы упасть соот­вет­ствен­но мень­ше­му рабо­че­му вре­ме­ни, кото­ро­го он стóит». Если, с общим повы­ше­ни­ем интен­сив­но­сти тру­да, на дан­ный про­дукт затра­чи­ва­ет­ся 12 часов вме­сто преж­них 15 часов, то, по мне­нию Марк­са, сто­и­мость про­дук­та, — так как она опре­де­ля­ет­ся рабо­чим вре­ме­нем или чис­лом затра­чен­ных часов, — пада­ет. Что же каса­ет­ся сум­мы затра­чен­ной физио­ло­ги­че­ской энер­гии, то она оста­лась без изме­не­ния (т. е. в 12 часов теперь затра­чи­ва­ет­ся столь­ко же энер­гии, сколь­ко рань­ше затра­чи­ва­лось в 15 часов) и, сле­до­ва­тель­но, с точ­ки зре­ния сто­рон­ни­ков физио­ло­ги­че­ско­го пони­ма­ния тру­до­вой сто­и­мо­сти, сто­и­мость про­дук­та долж­на была бы остать­ся без изме­не­ния.

Scroll to top